Дмитрий Мережковский - Полное собрание стихотворений

Путь не легок: поскользнешься —
Смерть обоим... Если ж с нею
До креста дойдешь, – навеки
Будет дочь моя твоею.

Что ж, согласен?» – «Да». – «До завтра».
Грозный час настал. Собранье
Ждет, окованное страхом,
Рокового испытанья.

Сам барон мрачнее ночи.
Опустил угрюмо вежды;
Только те, кто любят, полны
Чудной силы и надежды.

И с отвагой, и с любовью,
Он берет ее на плечи,
И она ему, краснея,
Шепчет ласковые речи...

Вот сигнал, – по дикой круче
Он идет... Пред ними бездна...
Но в очах его отвага,
С милой смерть ему любезна.

Из-под ног сорвался камень, —
Он дрожит, изнемогает...
Но так нежно Имогена
Кудри милого ласкает.

И в очах блеснуло счастье,
И легко над страшной кручей
Он прошел каким-то чудом,
Безмятежный и могучий.

А над ним она, в лазури,
С золотыми волосами,
В белом платье – словно ангел
С белоснежными крылами.

Но таков удел наш горький:
Кто нам дорог, кто нас любит, —
Обнимая, вместе в бездну
Увлекает нас и губит.

С каждым шагом все тяжеле
Давит ноша, и, склоняясь:
«Тяжко мне, я умираю…» —
Прошептал он, задыхаясь...

Но она взглянула в очи
И «люблю» ему сказала,
И безумная отвага
В гордом взоре заблистала.

Вся – надежда, вся – молитва,
Имогена, в страстной муке,
Чтобы легче быть – высоко
Подымает к небу руки...

Вот и крест... Еще мгновенье —
И достиг он цели... Бледный,
Пал он с ношей драгоценной,
И раздался крик победный:

«Ты моя, моя навеки!»
«Поскорей разнять их!» – грозно
Закричал барон... Со свитой
Он примчался – было поздно...

Слишком крепко Имогена
Обвила его руками...
На лице – покой и счастье,
И уста слились с устами.

«Что ж вы медлите? Скорее
Разлучить их!» Но стояли
Все, поникнув головою,
Полны страха и печали.

Лишь один ответил робко:
«Никакая власть и сила
Разделить, барон, не может
То, что смерть соединила…»

Легок, светел, как блаженный
Олимпийский смех богов,
Многошумный, неизменный
Смех бесчисленных валов!

Страшен был их гимн победный
В бурной тьме, когда по ним
Одиссей, скиталец бедный,
Мчался, ужасом томим.

И, покрытый черной тиной,
Как обломок корабля,
Царь был выброшен пучиной,
Нелюдимая земля, —

На пески твоей пустыни,
И среди холодных скал
С благодарностью Афине
Он молитвы воссылал...

В Привиденье веры полный,
Ты не видишь, Одиссей,
Как смеются эти волны
Над молитвою твоей.

Многошумный, неизменный
Смех бесчисленных валов —
Легок, светел, как блаженный
Олимпийский смех богов.

Слава, Киприда, тебе, —
Нам – в беспощадной борьбе
Жизнь красотой озарившая,
Пеной рожденная,
Mиp победившая,
Непобежденная!

Из волны зеленой вышла ты, стыдливая,
И воздушна, как мечта,
Тела юного сверкала нагота
Горделивая!
Укротительница бурь,
Улеглась у ног твоих стихия злобная, —
Нектару подобная,
Вкруг тебя кипела, искрилась лазурь...
Как от розы – благовоние, —
Так от тела твоего
Веет силы торжество,
Счастье и гapмония!..
Все ты наполняешь, волны и эфир,
И как пахарь в ниву – семена несметные,
Ты бросаешь в мир
Солнца искрометные!..
Ступишь – пред тобою хаос усмиряется,
Взглянешь – и ликует вся земная тварь,
Сам Тучегонитель, Громовержец-царь
Пред тобой склоняется...
Все тебе подвластно, все – земля и твердь;
Ты одной улыбкой нежною,
Безмятежною
Побеждаешь Смерть!

Слава, Киприда, тебе, —
Нам в беспощадной борьбе
Жизнь красотой озарившая,
Пеной рожденная,
Мир победившая,
Непобежденная!..

Поверь мне: люди не поймут
Твоей души до дна!..
Как полон влагою сосуд, —
Она тоской полна.

Когда ты с другом плачешь, – знай —
Сумеешь, может быть,
Лишь две-три капли через край
Той чаши перелить.

Но вечно дремлет в тишине
Вдали от всех друзей, —
Что там, на дне, на самом дне
Больной души твоей.

Чужое сердце – мир чужой, —
И нет к нему пути!
В него и любящей душой
Не можем мы войти.