Тимур Шаов - Песни

Мы способны хоть на подвиг,
Нам работа — благодать.
Мы — резцы в руках господних —
Можем столько наваять!
Но летит над землёй в вышине, в вышине
Пятый всадник на рыжем коне.

Штирлиц выкрал у Гитлера план посевной,
Поражаясь, какой Гитлер лох.
Голос Мюллера вдруг произнёс за спиной:
«Ну, так что, старина? Хенде Хох!»
Штирлиц сам догадался, что это провал,
Сдал оружие и аусвайс.
А потом матерился: «А кто ж настучал?
Больше некому: ясно, Чубайс!»

И в жару, и в непогоду,
И в грозу, и в гололёд —
Через пень, через колоду
Мощно движемся вперёд!
— Слышь, мужик, не чини, не старайся.
Но смотри: рванёт — тут мы спросим… — С Чубайса!

На балете один танцовщик танцевал:
Словно бог, он над сценой парил.
А другой буксовал, топотал, как марал,
И партнёршу на пол уронил.
Позже публика наша во мненье сошлась,
Покидая сей дивный балет,
Что плохому танцору мешает… Чубайс,
А танцору хорошему — таки нет.

Идут пионеры — Чубайс виноват.
Плывут пароходы — Чубайс виноват.
Шаманы под бубны камлают,
Гадалки на кофе гадают —
Выходит всё тот же хреновый расклад,
Хоть тресни: Чубайс виноват!

В нашей жизни всё бывает:
Перепой и недолёт,
То эрекция хромает,
А то в карты не везёт!

Виноватых искать не пытайся…
Погляди, нет ли рядом Чубайса!

Кто стучится в дверь ко мне
С толстой сумкой на ремне,
Сообщает, что квартплата
Повышается втройне?

Подаяние моё
Минус деньги за жильё,
Минус хавчик, минус пиво —
Вот так всю жизнь меня наё…

Бывали дни весёлые,
Гулял я, молодец,
Тихонечко, легонечко
Подкрался к нам амбец.

Бабуленьки, дедуленьки
Считают свои рублики,
А в рай въезжают жулики —
Всё на чужом горбу.

Копите деньги смолоду,
Пусть даже пучит с голоду,
Не то схоронят голыми
В шкафу, а не в гробу.

Кто стучится в дверь ко мне
С автоматом на ремне,
Заявляет, что налоги
Увеличены втройне?

Я им кукиши кручу,
Всех честней быть не хочу.
Чем я хуже Аль Капоне?
Да ни копья не заплачу!

В полиции налоговой
Охотники живут.
Как волк, залезешь в логово —
С собаками найдут.

Хотят ребята многого,
Дать Богу надо Богово,
Бюджету — дать бюджетово,
Чтоб кесарь не ругал.

Бросайте ваши подати,
Вы про Матфея вспомните —
Начав с простого мытаря,
В апостолы попал.

Я не радуюсь весне —
Старый врач поведал мне,
Что эрекция с годами
Уменьшается втройне.

Жизнь и так весьма скучна,
Минус бабы и жена.
Да что же секс по телефону?
Да это, как пьянка без вина.

Вот стал ужасно нервный я
От этих всех помех —
Кругом среда враждебная,
И вторник, и четверг.

Сижу, напившись водочки,
Как попугай на жёрдочке,
В цветастой рубашоночке,
А жена моя поет:

«Каким ты пил, таким напился,
Зачем ты в наш колхоз прибился?
Вон, кто-то с горочки спустился —
Наверно, милый мой идиот».

Кто стучится в дверь ко мне
С новостями о стране,
Говорит, что всё на свете
Ухудшается втройне?

Я психованный вполне,
Не ходи ты, друг, ко мне,
Не то я толстой сумкой, медной бляшкой
Зафигачу по спине,
Вот щас как вдарю по спине,
Вот, щас как вмажу по спине…

Всё у неё стандаpтно: детишки, муж законный,
И день-деньской заботы пpисесть ей не дают.
А ночью секс пpивычный, унылый, монотонный:
Туда, сюда, обpатно — сто двадцать шесть секунд.

И тут уж ей, бедняжке, совсем не до оpгазма,
Какой уж там оpгазм — не стиpано бельё.
У дочеpи — ветpянка, у бабушки — маpазм,
Такое-pастакое весёлое житьё.

В свободную минутку в метpо, на кухне, в ванной
Она читала женские любовные pоманы.
В них женщины — богини, мужчины — супеpмены,
И жизнь у них кpасива и необыкновенна.

Он обдал её жаpом гоpячего юного тела,
И она аж вспотела — так тела его захотела!
«О, возьми меня всю! О, люби же меня, я пpекpасна,
Я юна, я стpастна, я нежна, я чиста, я несчастна.»

Поцелуй опьянил, и в теpновнике что-то запели.
Её гpудь напpяглась от желанья, соски отвеpдели.
Сеpебpились фонтаны, над ними стpекозы летали.
«Мам, я какать хочу!» — «Эх, детишки, весь кайф обломали».