Омар Хайям - Рубаи. Полное собрание

322. Махмуд — основатель ислама Мухаммед. Дауд — библейский царь Давид. Хайям цитирует и по-своему переистолковывает стереотипные образы из богословских речей.

323. По критерию: вес = 670, 14-е место. Претендент на авторство: Аттар.

326. См. № 265.

331. По критерию: вес = 480, 83-е место. Претендент на авторство: Афзал Каши.

333 и 334. Салам — приветствие. Дуг — напиток из простокваши. Мостафа («Избранник») — одно из прозваний основателя мусульманства Мухаммеда. Эта пара четверостиший явно написана ради юмористической концовки «ответа» (откуда следует, что у них один автор): Хайям задал глупый вопрос и потому сам нарвался на запрет вина — для глупцов. В единственном известном переводе (О. Румера) этот юмористический ход не был проявлен.

346. См. № 379, 549.

348. В оригинале это четверостишие можно при желании увидеть и не таким язвительным, если «гарем» прочесть иносказательно, как «храм», «святилище». Слова «гарем» и «храм» даже в русском языке созвучны: они восходят к одному источнику.

350. Всевышним Избранный — эпитет Али, глубоко почитаемого шиитами последнего из «праведных халифов». Если бы здесь действительно имелся в виду Али, тогда это был бы чисто суфийский текст: духовный «кравчий» Али одаряет «вином» божественных истин. Но весь контекст четверостишия заставляет заподозрить: автор кощунственно переносит на обыкновенного кравчего возвышенное прозвище Али.

354. По критерию: вес = 556, 43-е место.

361. По критерию: вес = 474, 87-е место. Претенденты на авторство: Афзал Каши, Муджидд Хамгар.

367. Древнейший прием подтасовки — цитата, вырванная из контекста: «Они спрашивают тебя о вине и майсире. Скажи: „В них обоих — великий грех и некая польза для людей, но грех их — больше пользы“» (Коран, сура 2, ст. 216 [219]).

По критерию: вес = 515, 63-е место.

369. Шутник Хайям выпрашивает у Бога прощения не для себя, а для «провинившихся» частей своего тела. К сожалению, в некоторых версиях оригинала (см. Варианты ), а потому и в части существующих переводов этот стройный образный ряд нарушен.

371. По легенде, Хайям составил на себя гороскоп и определил, будто жить ему суждено сотню лет . По другой легенде, он и в самом деле прожил 104 года.

Эти легенды я знал и раньше; но полной неожиданностью оказалось обнаружить вот этот стихотворный отклик Хайяма на изучение своего гороскопа. Вместо благодарности… Вот уж поистине язвительный характер!

Развитие символического образа вина как «пищи духа».

375. Явный экспромт — язвительная отповедь нерадивому ученику.

377. В оригиналах знаков препинания и кавычек нет — приходится догадываться… Эмоциональное восклицание в конце показывает, что Хайям в принципе не согласен с высказанным в первых строках. Следовательно, он цитирует. Первые строки — почти об одном и том же, но чем-то напоминают разговор глухих: нет логического движения, букет из банальностей, внешне глубокомысленных. Переводчик рискнул допустить, что здесь три различные цитаты, спор трех «философов», — и реакция услышавшего их глупости Хайяма.

Другие переводчики истолковывали это четверостишие иначе, в духе рубаи № 1189, например — А. Старостин:

378. См. № 1300.

379. Издеваясь над религиозной обрядностью, Хайям сходными символами предрассудков считает и мусульманскую мечеть , и места молений ( храмы ) иноверцев.

381. Имеется в виду, что ходжа вместо решения серьезных философских вопросов поглощен рассуждениями о том, как именно — по предписаниям шариата — следует обращаться с женщиной в период ее месячных «нечистот» и тому подобным глубокомысленным «дерьмом» .

389. Здесь — реставрация. Если точно переводить по сохранившимся текстам, то следовало бы во второй строке написать: «И бедствиями в прах не втоптан, как бурьян». (Дословно: «разрушен пинками несчастий» или «различных случаев» .) Но это явное нарушение хайямовской поэтики: в его стихах «действия» совершают только персонифицированные «действующие лица»: Бог, Рок, Смерть, Колесо (небосвод) и т. п., но не абстрактные понятия (такие, как «бедствия»). Предполагаю, что изначально здесь было другое слово, очень близкое по начертанию: «пахари», а не «несчастья»: «Под пинками пахарей — распластан станешь» . Смысл тот же, но реставрация слова «пахари» возрождает зримый образ.