Сергей Есенин - Том 6. Письма

… Клюев, как некогда пришибленный им …— Есенин имеет здесь в виду влияние личности и творчества Блока на раннего Клюева (см.: Письма Н. А. Клюева к Блоку. — ЛН, М., 1987, т. 92, кн. 4, с. 427–523; публ. К. М. Азадовского).

… голландского романтизма . — В «Предисловии» (1 янв. 1924 г.) к своему двухтомнику, издание которого намечалось в том же году в издательстве «Круг», но осуществлено не было, Есенин повторит свою оценку: «Я очень люблю и ценю Блока, но <���на> наших полях он часто глядит как голландец» (наст. изд., т. 5, с. 223).

Пусть Блок по недоразумению русский …— Имеется в виду немецкое происхождение отца Блока — профессора юридического факультета Варшавского университета А. Л. Блока (см. Розанов, с. 10).

… Клюев поет Россию по книжным летописям и ложной ее зарисовки всех приходимцев …— Так в автографе: слово «зарисовки» связано здесь со словом «Россию», а не является однородным членом предложения в стоящей рядом конструкции дательного падежа («по… летописям <���и т. д.>»).

Есенин, убежденный, что «жизнь, настоящая жизнь нашей Руси куда лучше застывшего рисунка старообрядчества», неоднократно адресовал Клюеву упреки в том, что тот «поет <���…> стилизационную <���…>Русь с ее несуществующим Китежем» (см. п. 99, а также дарственную надпись Ширяевцу на Исп. хул., выполненную в мае 1921 г.: «Я никогда не любил Китежа и не боялся его, нет его и не было так же, как и тебя и Клюева. Жив только Русский ум, его я люблю, его кормлю в себе…» (Юсов-96, с. 231).

Приходимцы (впервые верно прочитано В. А. Вдовиным: Есенин 6 (1980), с. 105) — есенинский неологизм, образованный соединением слов «проходимец» и «пришлый». Есенин мог опираться также и на древнерусское слово «приходец» — пришелец, чужеземец (см.: Словарь русского языка XI–XVII вв. Вып. 20, М.: Наука, 1995, с. 67).

Блок — поэт бесформенный, Клюев тоже . — Есенин повторяет здесь написанное Иванову-Разумнику о Клюеве 4 дек. 1920 г.: «Уж очень он <���…>слаб в форме и как-то расти не хочет. А то, что ему кажется формой, ни больше ни меньше как манера, и порой довольно утомительная». «Безвкусно и безграмотно до последней степени со стороны формы», — противопоставит он позднее, в письме тому же адресату от 6 марта 1922 г., свою оценку клюевского «Четвертого Рима» высокой оценке Иванова-Разумника (см.: Иванов-Разумник. «Три богатыря». — Журн. «Летопись Дома литераторов», Пг., 1922, № 7, 1 февр., с. 5).

… «черница-темь сядет с пяльцами под окошко шить златны воздухи» …— Неточная цитата из стихотворения Клюева «Скрытный стих» (впервые: Еж. ж., 1914, № 6, с. 4): И черница-темь сядет с пяльцами Под оконце шить златны воздухи…

Воздух — здесь: покрывало для церковных сосудов.

… «Зойку-ку загозье, гомон с гремью шыргунцами вешает на сучья» …— Цитата из стихотворения Клюева «Беседный наигрыш, стих доброписный» (впервые: Еж. ж., 1915, № 12, стб. 86): Зой ку-ку загозье, гомон с гремью Шаргунцами вешает на сучья…

Зой — гул, шум множества насекомых. Загозье — от загозынька (кукушка), загозий (кукушечий). Шаргунцы — бубенчики, погремушки.

«…туча — ель, а солнце — белка с раззолоченным хвостом…» — Цитата из стихотворения Клюева «Смертный сон» (впервые, под названием «Смерть ручья» — Еж. ж., 1915, № 8, с. 4).

… простое слово по Гоголю, что «слово есть знак, которым человек человеку передает то, что им поймано в явлении внутреннем или внешнем» . — Неточная цитата из раздела «Что такое слово и словесность» проспекта Н. В. Гоголя «Учебная книга словесности»: словесность «есть только образ, которым передает человек человеку все им узнанное, найденное, почувствованное и открытое, как в мире внешних явлений, так и в мире явлений внутренних, происходящих в собственной душе его». («Сочинения Н. В. Гоголя. Изд. 15-е. Редакция Н. С. Тихонравова», СПб.: А. Ф. Маркс, 1900, т. 12, с. 8; выделено автором).

Чтобы быть стихотворным мастером …— Ср. со словами Есенина, записанными В. Эрлихом: «Все <���…>думают так: вот — рифма, вот — размер, вот — образ, и дело в шляпе. Мастер! Черта лысого — мастер! Этому и кобылу научить можно! Помнишь „Пугачева“? Рифмы какие, а? Все в нитку! Как лакированные туфли блестят! Этим меня не удивишь. А ты сумей улыбнуться в стихе, шляпу снять, сесть — вот тогда ты мастер!..» (Восп., 2, 321).

Ни Блок, ни Клюев этого не знают, так же как и вся братия многочисленных поэтов ~ Это грубейшая неграмотность …— Ср. с «Ключами Марии»: «Наше современное поколение не имеет представления о тайне этих образов. В русской литературе за последнее время произошло невероятнейшее отупение. То, что было выжато и изъедено вплоть до корок рядом предыдущих столетий, теперь собирается по кусочкам, как открытие. Художники наши уже несколько десятков лет подряд живут совершенно без всякой внутренней грамотности» (наст. изд., т. 5, с. 206).