Михаил Херасков - Собрание сочинений

Востань! мне жалостно такое завещанье!
Но верь, что всё твое исполнится желанье.
О! если б ты, мой сын, не посрамил себя,
Я мог бы положить живот мой за тебя!
Когда б, как в мире все, ты жизни сей лишился,
Я б меньше мучился и меньше бы крушился;
А то, к погибели и к горести моей,
Минется жизнь твоя, и честь минется с ней;
Себя ты смертию позорной обесславишь,
А мне при старости печаль и стыд оставишь.
От многих мне детей остался ты един
И был достойный мне наследовати сын;
Тобой я уповал наш славный род восставить
И сына верного отечеству представить.

Что ж делать! уж того нельзя переменить,
И поздно о моем несчастии тужить.
Позволь, пока еще твой сын живет на свете,
Пред божиим судом дабы не быть в ответе,
Да буду на земли развязан для небес,
Я покаяние святым местам принес.
Позволь грядущему к позорной смерти сыну
Пред сим монастырем в мольбе пребыть едину;
Чтоб скрылся я, о том сомненья не имей;
Я смерти не бегу, бегу умреть скорей.

О! как меня своим отчаяньем ты мучишь!
Останься; может быть, ты здравый ум получишь
И, покаянием своим нашед Творца,
Познаешь, должен ли таиться сын отца.
Вы, стражи, от него на время отступите,
Потом его на суд к народу приведите.

О Боже мой! могу ль такой удар снести!
Поди в объятие, в последний раз прости!
Прости — и не слыви моим ты сыном боле!

Прости, родитель мой! не мучь ты сына доле.

Питая лютостью свою жестоку грудь,
Несчастного отца несчастный сын забудь;
Не слушай в варварстве родительского стону;
Противен Богу будь, народу и закону!
На смерть позорную готовь себя, готовь!
За что же гибнешь ты? за слабую любовь!
Для ней ты честь свою и славу днесь теряешь,
Для ней отца крушишь, для ней ты умираешь;
А страсти лютой сей не ведает никто;
Всяк мнит, что я злодей и что умру за то.
Отечество врагом тебя решится числить,
И для кого умрешь, та будет то же мыслить.
Ах! не бесчесть себя, поди и объяви,
Что произвольно ты жизнь кончишь от любви!
Изобрази свое несчастие народу;
Он сжалится и даст тебе и ей свободу.
Священный чин, меня зря в горести такой,
Святую сложит цепь с нее святой рукой;
И только к небесам достигнет их моленье,
Простит Господь сие нам наше преступленье.
Но сердце от того утешится ль мое?
Мне сердца не дадут, дав руку мне ее;
Она, лишась меня, нимало не жалеет
И прежния любви ни искры не имеет,
Повсюду моего присутствия бежит.
Умреть тебе, Коранс, конечно, надлежит!
Народ мной раздражен, ожесточен родитель,
Несклонна та ко мне, чей друг был, чей любитель.
Кончайся, жизнь моя! несносен всем я стал!
Отца, любовницу и друга потерял.
Я должен сам себя и жизнь возненавидеть;
Хочу лишь при конце любезную увидеть.
Где? где ее сыщу? увы! она нейдет.
Иль в крайности меня покинул целый свет?
Весь свет мерзит моей соделанной виною,
Колеблется земля и стонет подо мною;
Разжегся гнев небес пороков от огня,
Сверкают молнии и блещут на меня!
Стремится страшный гром во ад мой дух низвергнуть!
Куда я обращусь? к чему теперь прибегнуть?
О праведны места! я прибегаю к вам,
Спасите вы меня и дайте свет очам!
Не смерти я боюсь, не молний дух страшится,
С любезною хочу, кончая жизнь, проститься.

Еще ль тебя любовь земная не страшит?
Уж небо против ней сверкает и гремит.
Что делаешь ты здесь? Беги святого места!
Бог гонит прочь тебя и прежняя невеста;
Беги громовых стрел, беги, спасай себя!

Уж я и так бегу, Занета, от тебя;
Не думай, чтоб хотел от молний укрываться,
Я рад Всевышнего оружием скончаться.
Услышишь скоро ты пред здешним олтарем,
Как станут вспоминать о имени моем;
И как уж мертвого меня тебе вспомянут,
Сильняе в сих местах, сильняе громы грянут!
Блестящи молнии тебя повергнут в страх,
В слезах увидишь ты у ног своих мой прах;
Моя стеняща тень не даст тебе покою
И станет следовать повсюду за тобою,
И будет вспоминать сия ужасна тень
И место нашея любви, и первый день;
За клятвы ложные ты месть от ней получишь!

Престань! за что меня такой угрозой мучишь?
И так уж к небесам дорогу я гублю
За то, что я слаба, за то, что я люблю.
Люблю! Кто дерзко так сказать в сем сане смеет?
Почто отважный мой язык не цепенеет!
Почто порочная не каменеет грудь…
Поди! не мучь меня и к слабости не нудь.