Леонид Трефолев - Собрание сочинений

Как поэт-демократ Т. отрицательно относился к "чистому искусству". В программном стихотворении "Три поэта" (1891) Т. определяет предназначение поэта: "Утешать погибающих, слабых, больных, / В павшем брате не видеть злодея — / Вот в чем истина, вот в чем идея / Для смиренных людей, для поэтов земных!" К числу таких честных, благородных певцов горя и страдания людского Т. относил народного поэта И. З. Сурикова. Ему Он посвятил стихотворение "Памяти Ивана Захаровича Сурикова" (1880), которое можно поставить в ряд лучших поэтических некрологов. В нем не только боль о потере близкого друга, но и горе народа об утрате благородного сына, надежда на будущую обновленную жизнь, когда "новая песня с чудесными звуками / Будет услышана нашими внуками".

Поэзии Т. свойственна не только гражданственность и публицистичность. Некоторые его стихи отличаются повышенной версификаторской изощренностью. Таково, напр., стихотворение "Набат" (1898), написанное секстинами: 36 стихов имеют лишь две рифмы, причем те слова, которые являются рифмами в первом шестистишии, проходят во всех шести строфах. К подобной изысканной и трудной форме поэты обращались редко (ср. секстину Л. А. Мея "Опять, опять звучит…"). Интересно в этом плане и стихотворение "В глухом саду" (1894), где каждая последующая строфа начинается с предпоследней строки предшествующей.

Мировоззрение Т. нельзя определить однозначно. Его стихам в целом не был свойствен революционный пафос Некрасова, он умилялся религиозным чувствам крестьян, призывал народ к терпению. Но вместе с тем у Т. есть остросатирические выпады против царя, царского дома, попов, одного из вдохновителей реакции К. П. Победоносцева; в эпиграмме на М. Н. Каткова Т. называл его "литературным жандармом". Подобные произведения поэт не надеялся обнародовать. Они хранились в его архивах вместе с теми многочисленными стихотворениями, которые не были пропущены цензурой. В эпоху реакции 80 гг. Т. оставался верным освободительным идеалам 60 гг. Он понимал, что с отменой крепостного права страдания народа не кончились. Начало подлинного освобождения России он предчувствовал в нарастающем революционном движении на рубеже веков и приветствовал его в стихотворении "К свободе" (последние годы жизни): "Незримая для русского народа, / Ты медленно, таинственно идешь. / Пароль мой: "Труд, желанная Свобода!" / А лозунг твой: "Бодрее, молодежь!"

В автобиографии Т. признавался, что, кроме поэзии, страстно любил историю своего края. На протяжении всей жизни он увлекался изучением архивных материалов. Написанные в разное время, исторические статьи и очерки Т. разбросаны по различным периодическим изданиям. Впервые наиболее значительные из них вышли сборником в Ярославле в 1940 г. под названием "Ярославская старина": "Ярославль при императрице Елизавете Петровне" (в очерке, в частности, впервые появились новые материалы о Ф. Г. Волкове), "Плещеевский бунт", "Монтионовские премии в российском вкусе" и др. Т. не умиляла патриархальная старина — он заостряет внимание на случаях вопиющего произвола, тяжких притеснений народа со стороны помещиков, военачальников, судей. Воссоздавая эти факты в живых историко-беллетристических рассказах, Т. художественно обрабатывал материалы исторических хроник, документов. Их бесстрастный язык сочетается в рассказах с авторским комментарием. Так, в рассказе "Меланхолик" в основе сюжета — зверское преступление помещика Бакунина, прибившего поленом свою крепостную, видимо, за то, что честная женщина отвергла домогательства своего барина. Когда злодейство раскрылось и из земли вырыли обезображенный труп, Бакунин "придумал заявить себя человеком больным, страдающим меланхолией". Авторская оценка происходящего весьма недвусмысленна — Т. по существу оправдывает народный бунт, считая, что при дальнейшем распространении пугачевщина обрела бы и в Ярославской губ. своих сторонников.

Т. известен также как переводчик западноевропейской (Г. Гейне, П.-Ж. Беранже, П. Дюпон), а также сербской, украинской, польской поэзии. Наиболее значительны его переводы из В. Сырокомли (Л. Кондратовича).

Соч.: Собр. стихотворений / Ред., примеч. и вступ. ст. А. Е. Ефремина. — М.; Л., 1931; Неизданные стихи и автобиография / Предисл. и примеч. А. Е. Ефремова // Литературное наследство. — М., 1932. — Т. 3; Ярославская старина. — Ярославль, 1940: Избранное. Стихи и краеведческие очерки. — Ярославль, 1955; Стихотворения / Вступ. ст. И. Я. Айзенштока — Л., 1958.

Лит.: Круглов А. В. Десять поэтов: Портреты, биографии, характеристики // Бесплатное приложение к журналу "Светоч" и "Дневник писателя" на 1910 г. — С. 87–93; Айзеншток И. Я. Поэт-демократ Леонид Николаевич Трефолев. 1839–1905.-Ярославль, 1954.