Валерий Куринский - Автодидактика

Отношение к учебникам и словарям (круги) - восприятие в общем, дальнейшее уточнение. Этот тезис формулирует сказанное при обсуждении восьмого правила. Круги, заметьте, в скобках стоит, - это кружение над предметом, кружение над всем, что представляет большую культурную ценность, кружение всю жизнь. Нельзя прочитать Библию - это шедевр. Учебник, даже если он очень плохой, самый скверный в мире - шедевр. Иначе думать об учебнике нельзя, это безграмотно. Таким отношением мы должны владеть, как владеем ложкой. Не надо делать вид, что ничего нельзя с собой сделать: можно! Книги - это те же люди, за каждой книгой - судьба, мастерство, выстраданность, и если это неудача, а таких неудач, конечно же, очень много, нельзя осуждать только автора: были какие-то, наверное, причины, он старался, выбиваясь из сил, в меру своих способностей, хотел что-то сделать, а цензор взял и вычеркнул, и опять нужно изучать текст к уроку английского о том, где стоит мавзолей В. И. Ленина. И после этого, конечно, интерес к учебнику падает, а вы не имеете права терять интерес, потому что вы - автодидакт, вы можете переключиться на морфологизацию, занимаясь текстом не по семантике, а по форме, занимаясь творческим повтором. Не забывайте об этой интенциональной черточке автодидакта, ведь он никогда не сдается, он делает то, что можно делать в пределах предмета с допуском на всепрощение даже, потому что интеллигентный человек должен быть интеллигентом и наедине с собой и наедине с этими людьми, которые не могут ему ответить, не могут аргументировать.

Тактика занятий со многими учебниками и воспитание актуализированного интереса - вы уже знаете, что эти вещи связаны очень тесно, потому что переключаясь с одного учебника на другой, с объекта А на объект С, после общего знакомства дробя материал, я тем самым организую свой интерес к предмету. Как это может выглядеть практически? Очень просто. Когда я занимаюсь немецким, английским, французским вместе, как бы синхронно, каждый день, я могу утречком, когда готовлю кофе, посмотреть в один учебник минутку, во второй - минутку, а потом, когда... кофе сбежал, конечно, - в третий и т. д. Таким образом я получу многоканальность, которая моментально начнет ощущаться, я о ней уже немножко говорил.

Утомляемость и ассоциативное мышление. Сейчас я только намечу первый круг, а потом мы разберемся в этом вопросе гораздо подробнее, на более высоком уровне. Дело в том, что утомляемость связана с нашей способностью думать или не думать ассоциативно. Природа позаботилась о человеке, наградив его этой замечательной способностью, - которую, конечно же, нужно развивать, - позволяющей "выходить" из себя, как бы забывать о себе. Человек устает тогда, когда рефлексирует, не выбираясь за рамки своего "Я". Он должен уметь - вспомните советы мастеров аутогенных тренировок - превращаться во что-то. Как прекрасно дать возможность какому-то нашему чувству превратиться в чувство Пушкина, в чувство Китса, Шекспира - кого угодно. Всего около четырехсот человек такого рода и масштаба, что позволяет назвать их гениями, прошло по нашей земле. И нет ничего прекраснее, чем присоединиться к ним через то, что они написали.

Управляемость интереса и количество информации. Вы сами уже прекрасно поняли, что интерес, как и все в автодидактике, что касается этого процесса, нам подвластен. Когда книги и стоящие за ними люди начинают вступать друг с другом в реакцию, причем благодаря тому, что наша ручейковая логика сталкивает совершенно несовместимые, на первый взгляд, вещи (овсянку с Геродотом, например), получается невероятный эффект - эффект перенесения образной находки на технологию вашей специальности, то есть вы обязательно переходите в состояние творческое, креативное. Поэтому не надо думать, что так называемая vita contemplativa, то есть созерцательная жизнь, для современного думающего, мыслящего человека не является одновременно еще и vita activa, жизнью активной, действенной, когда действие, поступок ты непрерывно имеешь в виду как цель этого дня, цель этого часа, цель этого года, твоей жизни, в конце концов.

"Gedanken sind Handlungen", - сказал Фридрих Ницше: - "Мысли есть действия". Значит, мысль - это тоже поступок. И мы должны относиться к словам как к вещам, понимая, что их нельзя извращать, потому что слова как всеобщий коннотат, являясь коллективным достоянием, имеют вневременную многомерность - только на этом уровне мы можем принадлежать языку и, воспользовавшись выражением Хайдеггера, считать, что язык говорит нами. А это ощущение способно вызывать по-настоящему великое чувство принадлежности к нации.