Джон Мильтон - Стихотворения

Тебя в борьбе с фортуною надменной:

Ты рать шотландцев сбросил в Дарвен пенный,

Под Данбаром побед умножил счет

И в Вустере стяжал венок лавровый.

Но и в дни мира ждут тебя бои;

Вновь на душу советчики твои

Надеть нам тщатся светские оковы.

Не дай же им, продажным псам, опять

У нас свободу совести отнять.

СЭРУ ГЕНРИ ВЭНУ-МЛАДШЕMУ

Ты молод, Вэн, но разумом столь зрел,

Что даже Рим, где тоги, а не латы

Над эпиротом взяли верх когда-то,

Сенатора мудрее не имел.

Ты, заключая мир, в веденье дел

Искусней был любого дипломата;

Ты, в ход пуская то булат, то злато,

Добыть победу на войне умел.

К тому ж меж властью светской и духовной

Различье ты постиг и учишь нас,

Как избегать, по твоему примеру,

Смешенья их, в чем многие виновны.

Вот почему в глазах страны сейчас

Ты - старший сын и страж господней веры.

НА НЕДАВНЮЮ РЕЗНЮ В ПЬЕМОНТЕ

Господь, воздай савойцу за святых,

Чьи трупы на отрогах Альп застыли,

Чьи деды в дни, когда мы камни чтили,

Хранили твой завет в сердцах своих,

Вовеки не прости убийце их

Мук, что они пред смертью ощутили,

Когда их жен с младенцами схватили

И сбросили, глумясь, со скал крутых,

Их тяжкий стон возносят к небу горы,

Их прах ветра в Италию несут

В край, где царит тройной тиран, который

Сгубил невинных. Пусть же все поймут,

Узрев твой гнев, что призовешь ты скоро

Блудницу вавилонскую на суд.

О СВОЕЙ СЛЕПОТЕ

Когда померк, до половины лет,

Свет для меня в житейской тьме кромешной,

"К чему мне, - вопросил я безутешно,

Талант, который зарывать не след?

Как может человек, коль зренья нет,

Предвечному творцу служить успешно?"

И в тот же миг я, малодушьем грешный,

Услышал от Терпения ответ:

"Твой труд и рвенье, смертный, бесполезны.

Какая в них нужда царю царей,

Коль ангелами он располагает?

Лишь тот из вас слуга, ему любезный,

Кто, не ропща под ношею своей,

Все принимает и превозмогает".

МИСТЕРУ ЛОРЕНСУ

Пускай огонь в камине разведут,

Чтоб мы теперь, когда дожди полили,

С тобой, мой Лоренс, теплый кров делили,

В беседах коротая время тут,

Покуда дни ненастья не пройдут

И вновь зефир не колыхнет воскрылий

Весеннего наряда роз и лилий,

Которые не сеют, не прядут.

Здесь есть все то, что тонкий вкус прельщает:

Свет, яства и вино; здесь, наконец,

Под лютню иль орган нас восхищает

На дивном языке тосканском пенье;

И кто себе такие наслажденья

Нечасто позволяет, тот - мудрец.

САЙРИЭКУ СКИННЕРУ

Мой Сайриэк, чей знаменитый дед

В былые дни британскую Фемиду

Брал неизменно под свою эгиду

И как судья, и как законовед,

Вкуси со мной отрад, в которых нет

Приличьям ни ущерба, ни обиды,

Оставив Архимеда, и Эвклида,

И планы, что таит француз иль швед.

Учись соразмерять разумно время

Не только размышляй, какой стезей

Идти вперед, задавшись мудрой целью,

Но и умей позабывать про бремя

Дневных забот и суеты мирской,

Коль посылает бог нам миг веселья.

ЕМУ ЖЕ

Друг Сайриэк, уже четвертый год

Мои глаза не различают света,

Хоть вчуже нелегко заметить это.

Напрасно я вперяюсь в небосвод

Не видны мне ни звездный хоровод,

Ни золотое солнце, ни планеты.

Но дух мой тверд, надеждой грудь согрета,

Меня несчастье с курса не собьет.

Ты спросишь, где, слепец, беру я силы?

В сознанье, что огонь моих очей

Служение свободе угасило

О ней я возвещал Европе всей.

И этой мыслью волю закалила

Мне вера, поводырь в юдоли сей.

О МОЕЙ ПОКОЙНОЙ ЖЕНЕ

Во сне моя усопшая жена

Ко мне вернулась, словно Алкестида,

Которую у смерти сын Кронида

Для мужа отнял в оны времена.

Библейской роженицы, что должна

Очиститься, была бескровней с вида

Она, святая, чья до пят хламида

Спадала, белоснежна и длинна.

Я разглядеть не мог сквозь покрывало

Ее лицо, хоть взор духовный мой

Прочел, что, как и встарь, оно сияло

Любовью, бесконечной и немой.

Но ах! Шагнув ко мне, она пропала,

Проснулся я - и свет сменился тьмой.

ПСАЛМЫ

ПСАЛОМ I

Блажен тот муж, что не идет к порогу

Совета нечестивых, на дорогу

Греховных не встает и не сидит

В собранье развратителей, а чтит

Закон господень, людям свыше данный,

О коем размышляет неустанно.

Он будет словно древо у воды,

Чьи вызревают вовремя плоды

И чья листва вовеки не желтеет:

Что бы ни делал он, во всем успеет.