Иван Никитин - Сочинения

Обществу распространения чтения я еще не имел удовольствия отвечать на его письмо. И что ему сказать? Оно желает, чтобы я передал ему устроенный мною магазин; в том-то и затруднение, что нужно его устроить, а тогда какой же расчет передавать его кому бы то ни было? Еще вопрос, как пойдут дела Общества и когда пойдут? Действий своих оно не открывало. Предприятие это у нас очень ново, а публику Вы знаете: она не бросится на акции "распространения чтения". Устройство одних кабинетов для чтения не подвинет дел Общества. Оно, пожалуй, надеется, что издаваемые им для простого народа книги отвлекут его от кабаков. Подобная мысль может родиться только в голове с.-петербургского жителя. Я, с своей стороны, скажу вот что: надо прежде выучить народ хоть азбуке да катехизису, надо научиться нашим литераторам говорить с народом, для этого нужен огромный талант и родство с народным духом, - тогда и можно рассчитывать, что пахарь возьмется за книгу. Вот теперь выйдет в свет новый журнал: "Народное чтение"; я всею душою сочувствую этому изданию 3, вижу, что оно - результат не спекуляции, а любви к родине, но, признаюсь, успех его считаю сомнительным. Разумеется, нужно помнить о народе, делать для него все благое во имя светлой будущности русской земли, но, покамест, не мешает подумать о бедном чиновнике, купце и мещанине. Если бы даже первый знал все лучшее в русской литературе, - мы сделали бы огромный шаг вперед. В нашей глуши купец и мещанин сплошь и рядом - безграмотны, что же сказать о земледельце.

Письмо, которое я получил от гг. Сеньковского , и Львова 5, не объясняет подробно намерений Общества распространения чтения; поговорите с ними, что и как они думают делать. Если бы Общество устроило на свой собственный капитал книжный магазин в Воронеже, выслало книги, карты, атласы и прочее, по моему назначению, и дало всему этому широкий размер, тогда можно поручиться за успех его предприятия, и я готов трудиться за условленный процент, иначе невозможно. От себя лично я надеюсь более успеть в распродаже книг. Следя за литературой, я знаю, что приготовляется к печати, что именно нужно для нашей провинциальной публики, и заблаговременно буду сноситься с столичными книгопродавцами. Но во всяком случае с Обществом распространения] ч[тения] поговорить не мешает.

Будьте так добры, Николай Иванович, примите участие в моем деле, обратитесь к Василию Александровичу. Н. П. Курбатов, как я и прежде Вам об этом писал, соглашается быть моим компаньоном, на днях он приедет ко мне и будет ожидать Вашего ответа. Ах, если бы сбылось мое предположение, как бы я был счастлив!

Да! чуть не забыл! Мысль Общ[ества] распространения] ч[тения] устроить при магазине нечто вроде кондитерской для привлечения публики - очень хороша, но для этого нужны деньги, и нужно их немало: порядочная прислуга дешево не возьмет, порядочная мебель дешево не продается, а мысль очень хороша. Что делать! известная часть публики похожа на ребенка, которому в одной руке подают лекарство, в другой показывают игрушку. Чтение, с помощью кондитерской, вошло бы в большую моду, - это верно.

Ради бога, не заставьте долго ждать ответа! Я бы подал немедленно купеческий капитал: время дорого. Кстати, узнайте, пожалуйста, зависит ли открытие книжной лавки от местной полиции; мне должно это иметь в виду.

Пожмите крепко руку И. Ал.; и родные его здоровы. Помнит ли он меня? М. Ф. Де-Пуле Вам кланяется и согласен относительно всего, что я пишу здесь по делу о книжной торговле.

Всею душою преданный Вам

* Я. Я.

No. Денег нужно не менее 3000 серебр.

33. В. А. КОКОРЕВУ

[Отрывок]

[1858 г., 12 декабря!

...Я берусь за книжную торговлю не в видах чистой спекуляции. У меня есть другая, более благородная цель: знакомство публики со всеми лучшими произведениями русской и французской литературы, в особенности знакомство молодежи, воспитанников местных учебных заведений... Помощь, которую Вы мне оказываете, - не простое участие, не мимолетное сострадание к тяжелому положению другого лица, нет! - это в высшей степени благотворная, живительная сила, которая обновляет все мое существование. До тех пор я был страдательным нулем в среде моих сограждан; теперь Вы выводите меня на дорогу, где мне представляется возможность честной и полезной деятельности; Вы поднимете меня как гражданина, как человека...

1859

34. Н. И. ВТОРОВУ и И. А. ПРИДОРОГИНУ

1859 г., 2 января. Воронеж.

Поздравляю Вас, мои милые друзья, Николай Иванович и Иван Алексеевич, с Новым годом. Будьте здоровы и счастливы! Да принесет нам этот Новый год мир и внутреннее благо и да пройдут мимо нас тучи, которыми начинает покрываться политический горизонт в Европе 1.