Григорий Стернин - Песни нашего двора

И все же я пьяна.

Я ВСТРЕТИЛ РОЗУ

Я встретил розу. Она цвела,

Вся дивной прелести полна была.

Цветок прелестный ласкал мой взгляд.

Какой чудесный, нежный аромат!

Я только розу сорвать хотел,

Но передумал и не посмел.

О роза, роза! Любовь моя!

Шипов колючих боялся я.

И вот однажды я в сад вхожу

И что, друзья, там я нахожу:

Сорвали розу, измяли цвет,

Шипов колючих уж больше нет.

- О роза, роза! - я закричал.

Зачем, о роза, тебя не рвал?

Шипов колючих боялся я.

Теперь навеки я без тебя.

ОТЧЕГО ЭТО НЫНЧЕ

Отчего это нынче мне немного взгрустнулось,

Отчего это нынче мне припомнились вновь

И прошедшее счастье, и ушедшая юность,

И былая удача, и былая любовь?

Знать, осталась на сердце незажившая рана.

Эту боль, эту память я пронес сквозь года.

Помню, мы танцевали сумасшедшее танго,

И казалось, что это будет длиться всегда.

Ничего в этой жизни у меня не осталось,

Ни гроша за душою у меня не найдешь.

Только грустное танго да унылая старость,

Только желтое фото да сентябрьский дождь.

Отчего это нынче мне немного взгрустнулось,

Отчего это нынче мне припомнились вновь

И прошедшее счастье, и ушедшая юность,

И былая удача, и былая любовь?

* * *

Расцвела сирень в моем садочке.

Ты пришла в сиреневом платочке.

Ты пришла, и я пришел

И тебе и мене хорошо.

Я тебя в сиреневом платочке

Целовал в сиреневые щечки.

Тучка шла, и дождик шел

И тебе и мене хорошо.

Отцвела сирень в моем садочке.

Ты ушла в сиреневом платочке.

Ты ушла, и я ушел

И тебе и мене хорошо.

Расцвела сирень в садочке снова.

Ты ушла, нашла себе другого.

Ты нашла, и я нашел

И тебе и мене хорошо.

У тебя в сиреневом садочке

Родилась сиреневая дочка.

Тучка шла, и дождик шел

И тебе и мене хорошо.

ДЕВУШКА В СЕРЕНЬКОЙ ЮБКЕ

Когда в море горит бирюза,

Опасайся шального поступка.

У нее голубые глаза

И дорожная серая юбка.

Увидавши ее на борту,

Капитан вылезает из рубки

И становится с трубкой во рту

Возле девушки в серенькой юбке.

Говорит про оставшийся путь

И как будто любуется шлюпкой,

А сам смотрит на девичью грудь

И на ножки под серенькой юбкой.

Капитан, курс неверный смени,

Не поддайся порывам норд-веста.

Эта мисс из богатой семьи

И шикарного лорда невеста.

Но под утро в каюте лежит

Позабыта заветная трубка

И такая простая на вид

Вся измятая серая юбка.

Капитан вновь стоит на борту,

Сизый дым извлекает из трубки.

А в далеком английском порту

Плачет девушка в серенькой юбке.

МИЛАЯ, ЛЮБИМАЯ, ДАЛЕКАЯ

Звезды загораются хрустальные,

Под ногами чуть скрипит снежок.

Вспоминаю я сторонку дальнюю

И тебя, хороший мой дружок.

По тебе тоскую, синеокая,

Всюду нежный облик твой храня.

Милая, любимая, далекая,

Вспоминай и ты меня.

На лицо снежинки опускаются.

На ресницах тают, как слеза.

Сквозь пургу мне мило улыбаются

Девичьи любимые глаза.

А солдата ветры бьют жестокие.

Ничего - он ветру только рад.

Милая, любимая, далекая,

Должен все снести солдат.

Нас судьба с тобой одним обидела:

Далеко ты от меня живешь.

Мы с тобой давно уже не виделись,

Долго не встречались - ну и что ж!

Ведь любовь не меряется сроками,

Если чувством связаны сердца.

Милая, любимая, далекая,

Верная мне до конца.

ДЕНЕЖКИ

Что, друзья, со мной случилось, боже мой,

Вся семья моя взбесилась, боже мой.

Денег просят в один голос, боже мой,

Поседел на мне весь волос, боже мой!

Припев:

Денежки, как я люблю вас, мои денежки,

Вы свет и радость, мои денежки, приносите с собой.

И ваше нежное шуршание приводит сердце

в трепетание.

Вы лучше самой легкой музыки приносите покой!

А жена моя такая, боже мой,

И врагам не пожелаю, боже мой.

Ей мала квартира стала, боже мой.

У меня волос не стало, боже мой!

Припев.

А сынок наш, милый Толик, боже мой,

Вырастает алкоголик, боже мой.

Дочь семье грозит абортом, боже мой.

Деньги тянет, как насосом, боже мой!

ОНИ СТОЯЛИ НА КОРАБЛЕ У БОРТА

Они стояли на корабле у борта,

Он перед ней - с протянутой рукой.

На ней - тяжелый шелк, на нем - бушлат потертый,

Но взор горел надеждой и мольбой.

Припев:

А море грозное ревело и стонало,

На скалы грозные взлетал за валом вал,

Как будто море чьей-то жертвы ожидало.

Стальной гигант кренился и стонал.

Он говорил: - Сюда взгляните, леди,