Генрик Ибсен - Драмы. Стихотворения

Хорстер.Вот тут у дверей, я думаю, вам всем и разместиться. Отсюда живо можно выбраться в случае чего.

Фру Стокман. Так вы думаете, будет скандал?

Хорстер. Как знать… такая масса народу. Но вы садитесь спокойно.

Фру Стокман (садится ). Как мило с вашей стороны, что вы предложили мужу свою залу.

Хорстер.Раз никто другой не хотел, то…

Петра (тоже садится возле матери). И смело, Хорстер.

Хорстер. Ну, смелости, положим, тут не очень много надо было.

Входят одновременно редактор Ховстади владелец типографии Аслаксен,но пробираются сквозь толпу в разные стороны.

Аслаксен (Хорстеру). А доктора еще нет?

Хорстер. Он ждет в той комнате.

У входных дверей в глубине заметно особенное движение.

Ховстад (Биллингу). Вот и фогт. Глядите.

Биллинг. Да, убей меня бог, пришел все-таки.

Фогтпробирается между собравшимися, вежливо раскланиваясь, затем становится у стены налево. Немного спустя из дверей направо входит доктор Стокман.Он в черном сюртуке и белом галстуке. Некоторые из присутствующих встречают его неуверенными аплодисментами, другие слабо шикают. Наступает тишина.

Доктор Стокман (вполголоса). Ну, как ты себя чувствуешь, Катрине?

Фру Стокман.Ничего, хорошо. (Понижая голос.) Только, пожалуйста, не горячись, Томас.

Доктор Стокман.О, я сумею сдержаться. (Смотрит на свои часы, поднимается на возвышение и кланяется публике.) Уже четверть часа сверх назначенного времени… Так я начну… (Вынимает рукопись.)

Аслаксен.Сперва ведь надобно выбрать председателя.

Доктор Стокман.Нет, в этом нет никакой надобности.

Несколько из присутствующих господ.Да! Да!

Фогт.Я тоже полагал бы, что следует избрать председательствующего.

Доктор Стокман.Но я созвал народ на публичную лекцию, Петер!

Фогт.Лекция господина курортного врача может, пожалуй, вызвать прения.

Голоса (из толпы). Председателя! Председателя!

Ховстад.Требуют председателя. Такова воля граждан.

Доктор Стокман (овладев собой). Ну, так и быть — не будем неволить граждан.

Аслаксен.Не угодно ли господину фогту принять на себя эту обязанность?

Трое господ (аплодируя). Браво! Браво!

Фогт.По некоторым, легко понятным причинам я принужден уклониться. Но, к счастью, среди нас есть человек, который, я думаю, для всех будет приемлем. Я имею в виду председателя союза домохозяев, владельца типографии господина Аслаксена.

Много голосов. Да, да! Да здравствует Аслаксен! Ура, Аслаксен!

Доктор Стокман берет рукопись и сходит с возвышения.

Аслаксен.Раз меня призывает доверие моих сограждан, я не смею отказываться…

Аплодисменты и крики «ура». Аслаксен всходит на возвышение.

Биллинг (записывает). Итак, господин Аслаксен избран единогласно.

Аслаксен.Раз уж я стою на этом месте, то да позволено мне будет сказать несколько кратких слов. Я тихий, мирный человек, стоящий за благоразумную умеренность… и… умеренное благоразумие. Это известно всем, кто знает меня.

Многие голоса. Да! Да! Да, Аслаксен!

Аслаксен.Из школы жизненного опыта я вынес то убеждение, что умеренность — это добродетель, наиболее приличествующая гражданину…

Фогт.Слушайте!

Аслаксен.… И что благоразумие и умеренность полезнее всего для общества. Поэтому я и рекомендовал бы уважаемому согражданину, созвавшему нас сюда, постараться держаться в границах умеренности.

Человек (у входных дверей). За благоденствие общества умеренности!

Отдельный голос. Фу, чтоб тебе!

Многие голоса. Тсс!.. Тсс!..

Аслаксен.Прошу не прерывать, господа! Кто-нибудь требует слова?

Фогт.Господин председатель!

Аслаксен.Слово за господином фогтом.

Фогт.В силу близкого родства, в каком, как, вероятно, всем известно, я нахожусь со штатным врачом курорта, я бы предпочел воздержаться от выражения своих мыслей. Но мое официальное положение как председателя правления курорта, а также забота о важнейших интересах города вынуждают меня выступить с предложением… Исходя из того предположения, что ни один из присутствующих здесь граждан не сочтет желательным, чтобы недостоверные и преувеличенные представления о санитарных условиях водолечебницы и города нашли себе дальнейшее распространение…