Генрик Ибсен - Драмы. Стихотворения

Доктор Стокман.Двух лет, говоришь? Целых двух лет?

Фогт.По меньшей мере. А тем временем что нам делать с водолечебницей? Закрыть, что ли? И пришлось бы. Или, ты думаешь, кто-нибудь заглянет к нам, раз пройдет слух, будто бы вода вредна для здоровья?

Доктор Стокман.Да ведь так и есть — она вредна, Петер.

Фогт.И все это как раз теперь, когда курорт начинает расцветать. Соседние города тоже имеют некоторые данные превратиться в курорты. Ты думаешь, они не приложат немедленно всех стараний, чтобы отвлечь весь поток гостей к себе? Без всякого сомнения. А мы сядем на мель. Весьма вероятно, что пришлось бы совсем упразднить это дорогое сооружение. И вот ты разорил бы свой родной город.

Доктор Стокман.Я… разорил?..

Фогт.Если городу предстоит сколько-нибудь сносное будущее, то исключительно благодаря водолечебнице. И ты, конечно, понимаешь это не хуже меня.

Доктор Стокман.И что же, по-твоему, делать?

Фогт.Я из твоего доклада отнюдь не вынес убеждения, чтобы условия водоснабжения курорта были столь неблагоприятны, как ты их рисуешь.

Доктор Стокман.Да они скорее еще хуже! Или, во всяком случае, ухудшатся к лету, когда наступит теплая погода.

Фогт.Повторяю, я полагаю, что ты значительно преувеличиваешь. Сведущий врач обязан принять соответствующие меры… уметь предупредить вредоносное влияние или парализовать его, если оно станет вполне очевидным.

Доктор Стокман.А затем?.. Что дальше?..

Фогт.Сооруженная водопроводная сеть — существующий факт, и с ним, само собой, надлежит считаться. Но, вероятно, дирекция в свое время не откажется обсудить, какие тут при посильных материальных жертвах возможны исправления и улучшения.

Доктор Стокман.И ты думаешь, я пойду на такую низость?

Фогт.Низость?

Доктор Стокман.Ну да, это была бы низость… обман, ложь, прямое преступление против публики, против всего общества!

Фогт.Я еще раз повторяю, что не мог вынести убеждения, будто положение вещей действительно грозит такой уж непосредственной опасностью.

Доктор Стокман.Нет, ты вынес! Иначе и быть не может. Мой доклад так убийственно ясен и убедителен! Я это знаю! И ты отлично знаешь это, Петер, да только сознаться не хочешь. Ведь это ты тогда настоял на своем, чтобы и здание водолечебницы, и водопровод были сооружены там, где они теперь находятся. И вот это-то… этот твой треклятый промах и не дает тебе сознаться. Или, думаешь, я тебя не раскусил?

Фогт.А если б даже и так? Если я, быть может, несколько щепетилен относительно своей репутации, так это в интересах города. Не опираясь на нравственный авторитет, я не могу управлять делами так, как того требуют соображения, имеющие в виду общее благо. Потому — и по различным иным причинам — для меня важно, чтобы доклад твой не был представлен дирекции курорта. Его нужно задержать ради общего блага. Впоследствии я сам представлю дело на обсуждение, и мы сделаем все возможное без шума. Но чтобы ничего… ни единого слова об этой злополучной истории не было доведено до сведения публики.

Доктор Стокман.Ну, этому-то теперь уж не помешать, мой любезный Петер.

Фогт.Нужно и должно помешать.

Доктор Стокман.Не удастся, говорю я. Слишком многие уже знают.

Фогт.Знают! Кто? Уж не эти ли господа из «Народного вестника»?

Доктор Стокман.Ну да, и они. Свободомыслящая, независимая пресса постарается заставить вас исполнить свой долг.

Фогт (после небольшой паузы). Ты чрезвычайно опрометчив, Томас. Ты не подумал, какие последствия это может иметь для тебя лично?

Доктор Стокман.Последствия? Последствия для меня?

Фогт.Для тебя и для твоей семьи, да.

Доктор Стокман.Какого черта ты хочешь сказать?

Фогт.Я полагаю, что я всегда и во всем поступал, как полагается доброжелательному, готовому помогать тебе брату.

Доктор Стокман.Да, это так, и спасибо тебе за это.

Фогт.Не об этом речь. Меня отчасти вынуждали… собственные интересы. Я всегда питал надежду, что мне удастся некоторым образом обуздать тебя, если я буду содействовать улучшению твоих обстоятельств.

Доктор Стокман.Что такое? Так ты только из личных интересов?

Фогт.Отчасти, говорю я. Для официальных лиц крайне неудобно иметь близкого родственника, который то и дело компрометирует себя.