Ефим Увражин - Стихотворения

Всюду дрогнула страна,
Партии дыханье
Замерло, печаль скудна,
В «Правде» лишь воззванье.

Сердце встало у вождя,
В сумраке столица.
Звон печатного гвоздя
В тишину вонзится.

Букв недвижный монолит
Строгим шрифтом — ЛЕНИН.
В каждом сердце он гремит,
Значит — он нетленен!

Исподлобья он глядит
Пристально и строго,
И как будто говорит —
«Вам вперёд дорога!»

И пока горят глаза
У страны рабочей,
И улыбка, и слеза
Вместо многоточий…

Иван Моисеевич Крыжин,
Фабричный простой счетовод,
Встревожен, и даже обижен,
Когда молодёжь допечёт.

Свернёт не спеша самокрутку,
Махорку привычно умяв,
Так выглядит пятиминутка
Бухгалтерских тихих забав.

Неспешны суставы костяшек
На старом потёртом сукне,
Сквозняк — злейший враг промокашек —
Слегка завывает в окне.

Умелой рукой направляя
Поток накладных и счетов
На табелей мятую стаю,
Кусает он дужку очков.

Уж сумерки, блекнет уныло,
Устав, керосинка в углу,
Но Крыжина насторожило,
Что цифры сбиваются в мглу.

В расчётах попалась ошибка,
На сколько же выполнен план?
Квартальное прошлое зыбко.
Иль кто-то пошёл на обман?

Ведь были упорны ребята,
До ночи гремел каждый цех.
Моряк вдохновил, из Кронштадта,
И флотский прокуренный смех.

И если, бывало, порою
Начнётся сомнительный гвалт,
То воздух разрубит рукою
И вспомнит моряк Центробалт.

Усы потрепал в размышленьи,
Оставшись один, счетовод,
Какое окажет значенье
Ошибка на целый завод?

Он вспомнил, как ворохом целым
Бумаг, где печатей сирень,
Шуршал, перемазавшись мелом,
Сосед-плановик каждый день.

Зачем же он так кропотливо
Размытые цифры сверял,
И тихо, почти сиротливо
На штемпель казённый дышал?

Тут Крыжин, теряясь в догадках,
К соседу за стол заглянул,
Партийная чуткость и хватка —
Газетку меж делом встряхнул.

А там, между Кирова речью
И постановленьем ЦК,
Катается горстка картечи,
У Крыжина сжалась рука.

Но он же совсем не охотник,
Шутник, домосед и тюфяк,
И даже в минувший субботник
Скатился случайно в овраг.

А вот на столе и записка,
Прикрыта гроссбухом слегка,
На ней карандашным огрызком
Указаны лес и река.

И цифр разнобой с оборота,
С пометкой «отбросы» и «брак».
Да не было столько в работе!
Так мог бы подумать лишь враг!

Проверил складские бумаги,
Морщинки сбежались на лоб —
Часть списана порчей от влаги,
Да это ж огульный поклёп!

Припомнил наш Крыжин некстати,
Как хвастался тот плановик,
Что любит он фиты и яти,
Мол, сызмальства к ним он привык.

Как дядя был старостой сотским,
И в чистку безвестно пропал.
Как с прошлым церковно-приходским
Прилюдно он так не порвал.

Все странности чётко сложились
В сознании Крыжина вмиг.
Быть бдительны мы научились,
И он поступил, как привык.

Он пальцем мозолистым верно
Набрал телефон наизусть,
Очистим ряды мы от скверны,
Исчезнут вредители пусть!

Пришлось на одну шестидневку
Устроить фабричный прорыв,
Но знамени крепкое древко
Трудом отстоял коллектив.

Тот случай — пример и наука.
Исправлен злодейский просчёт.
Бывает порой близорука
Общественность. Зорким — почёт!