К тому же российское дореволюционное законодательство было построено на римской классификации договоров, в соответствии с которой договор о найме рабочей силы и договор о найме вещей объединялись в общее понятие возмездного пользования имуществом. Поэтому непривычным для современного человека и вполне логичным, с точки зрения юристов того времени, выглядит такой документ, как Ведомости справочных цен на продовольственные товары, Против такого отождествления аргументированно выступал ученый Л. С. Таль, который писал, что «человеческая личность не может быть предметом имущественных сделок, а особенность труда как предмета гражданского оборота заключается в его неотделимости от личности работника» 2.
К. Маркс, анализировавший экономическую сущность отношений «рабочий – капиталист», писал: «Обмен между капиталом и трудом воспринимается первоначально совершенно так же, как купля-продажа всякого другого товара. Покупатель дает известную сумму денег, продавец – вещь, отличную от денег. Юридическое сознание видит здесь в лучшем случае лишь вещественную разницу. Фактически же на товарном рынке владельцу денег противостоит не труд, а рабочий».
Поэтому к концу ХІХ – началу ХХ в. российское законодательство о личном найме распадается на общее и специальное. Первое всецело отвечало требованиям римской классификации и принципам гражданского права, а второе, преимущественно регламентирующее труд рабочих на крупных производствах, стало базироваться на новых принципах. Аналогичные тенденции начали прослеживаться в законодательстве практически всех промышленных стран Европы. Государство стало вмешиваться в содержание заключаемых договоров: оно определяло условия, которые не могли быть включены в договор, законодательно ограничивало удержания из заработной платы, штрафы, обязывало капиталистов осуществлять меры по охране жизни и здоровья работника.
Новую юридическую дисциплину именовали в то время по-разному: то рабочим, то фабричным, то промышленным или промысловым правом, иногда – социальным правом. Промышленное право, считал Л. С. Таль, составляет нераздельную смесь публичного и частного права. Речь шла, естественно, о трудовом праве в его современном понимании.
Первым шагом в государственном упорядочении правоотношений между рабочими и капиталистами можно считать принятое в 1835 г. «Положение об отношениях между хозяевами фабричных заведений и рабочими людьми, поступающими на них по найму». Оно состояло всего из 10 статей и не внесло положительных изменений во взаимоотношения рабочих и хозяев производства.
По свидетельству В. А. Поссе, за рабочее законодательство высказывались крупные петербургские фабриканты, а московские и провинциальные находили, что оно вредно и противоречит «свободе труда». На более активное и заинтересованное правотворчество государство вынуждено было пойти после массовых выступлений рабочих в 1878–1879 гг., а также в 1884–1885 гг., которые зачастую сопровождались погромами. После этого 1 июня 1882 г. был принят закон «О работе малолетних», который запрещал прием на фабрики и заводы детей от 12 до 15 лет. Для надзора за исполнением закона была учреждена фабричная инспекция, состоящая из фабричных инспекторов, подчиненных департаменту торговли и мануфактур Министерства финансов.
12 июня 1884 г. был принят закон о школьном обучении малолетних рабочих. 3 июня 1885 г. – закон о воспрещении ночных работ для женщин и подростков, не достигших 17 лет, на прядильных и ткацких фабриках.
Наконец, 3 июня 1886 г. был принят чрезвычайно важный закон «О регулировании взаимных отношений фабрикантов и рабочих, а также найма последних на фабрики и заводы». Он ввел расчетные книжки, запретил произвольные штрафы, размеры последних должны были утверждаться фабричной инспекцией. Была запрещена выдача зарплаты товарами и купонами, установлено обязательство выдавать заработную плату не менее двух раз в месяц, запрещалось также делать вычеты за уплату долгов и врачебную помощь.
Этим законом были значительно расширены полномочия фабричных инспекторов, а также создан особый орган – фабричное присутствие, которое функционировало в губерниях. Этот орган состоял из представителей местной администрации, суда, фабричного инспектора, городского управления и земства. На губернские по фабричным делам присутствия возлагалось:
1) издание обязательных постановлений о мерах, которые должны быть соблюдаемы для охранения жизни, здоровья и нравственности рабочих во время работы и при помещении их в фабричных зданиях, а также в отношении врачебной помощи рабочим;
Читать дальше