Молитва: средство разрушения власти объекта и концепции
Аналогии только что описанному процессу мы находим в сущности молитвы. Тезис о разрушении субъект-объектных отношений применим к ней в полной мере. В молитве разрушается Объект. Разрушается вместе с субъектом. На некоторое непродолжительное время больше нет образа Бога и нет меня. Есть лишь единое поле (а именно оно и есть Бог). Тут с очевидностью также замешан схожий парадокс, на сей раз теологического свойства. А потому он более опасный для описания и понимания. «Как же так?!» – может спросить удивленный читатель: «Молитва – средство, призванное обеспечить доступ к Богу, уничтожает его?» Выглядит, на первый взгляд, как богохульство. При первом прочтении действительно так. Однако это верно лишь до тех пор, пока мы рассматриваем Бога в качестве объекта – некоего седовласого существа, похожего на нас, сидящего где-то в небесах. Не богохульство ли само по себе такого рода антропоцентрическое понимание Господа?!
Разумеется, мы не можем видеть и представлять мир глазами не-человека. Но и любая религия, за некоторым, правда, исключением, основана не на непосредственном опыте, но на вере. А это некий отличный от традиционного наблюдения способ познания. Поэтому и доказательства существования Бога в истории философии носили не опытный, а умозрительный, например, логический или онтологический характер. Возвращаясь к разговору о сущности Бога, подчеркну неоправданность антропоцентрического подхода к его пониманию. То, что он сотворил нас (или продолжает сотворять сейчас) по своему образу и подобию, вовсе не означает, что это подобие телесного свойства. И вообще, не факт, что именно Господь сотворил тенденцию человека строить реальность по принципу «концептуального уплотнения мира». Возможно, это более позднее новообразование антропоцентрического свойства. Поэтому нам не станет никогда достоверно известно, какова природа Бога. Однако, исходя из множественных указаний в самой Библии, Бог представляет собой скорее поле, нежели тот или иной субстрат, «выжатый из него».
Полагаю, все время в течение своего развития человечество имело доступ не столько к Богу, сколько к концепции Бога. Так же, как и всякая более или менее глобальная концепция, она приобрела совершенно отчетливые очертания и сформировала соответствующий ей мир. Теперь Бог стал реальностью, реальностью, природа которой антропоцентрична. Полагаю, именно по этой причине психологический образ Бога, появившийся в Библии и в посланиях отцов церкви, так напоминает акцентуированные качества собирательного образа человека. Бог христиан, например, очень ревностен, суров, угрожает человеку перманентным наказанием. Бог мусульман непримирим, но гостеприимен. Боги древних скандинавов и славян воинственны. А языческие боги греков и римлян обладают целым набором человеческих качеств, которые просто потрясают своим разнообразием.
Как бы то ни было, при внимательном прочтении древних текстов становится очевидным антропоцентрический характер представлений о Боге(ах) [39]. Разумеется, это не случайно. Та или иная культура, тот или иной уголок человеческой цивилизации стал источником разных концепций. Но центром всех их был и остается сам человек, его эмоции, его чаяния, его ожидания. По этой причине христианский Бог является христианином по сути, Бог мусульман и иудеев соответственно мусульманином и иудеем. Поэтому совершенно парадоксальным на первый взгляд образом мы можем прийти к Господу, только разрушив концепцию Господа. Так, то, что сначала выглядело как парадокс, приобретает более ясную и последовательную форму при внимательном его прочтении.
Вернемся же к исходному пункту наших рассуждений – к молитве как средству встречи с Богом. В процессе молитвы, точнее молитвы с высокой степенью психологического присутствия в ней человека, происходит нивелирование значения абстракций объекта и субъекта. В какой-то момент человек и Бог перестают быть отделенными друг от друга. Они становятся одним и тем же. Восстанавливается естественная природа поля. В этот момент человек и Бог неотличимы друг от друга. Порой такое состояние продолжается не более нескольких мгновений, после чего восстанавливается прежняя концептуально-фиксированная реальность привычного христиано-иудейско-мусульмано-языческого мира. Бог снова становится чем-то отдельным и недостижимо-непостижимым. Но самое важное в молитве происходит именно в эти мгновения, когда человек теряет привычную концептуальную опору, выстроенную на абстракциях субъекта/объекта, времени и пространства. Говоря словами квантовой механики, он оказывается стремящимся к суперпозиции, а апеллируя к языку диалогово-феноменологического подхода в психотерапии, скажем, что он очень близок к сущности первичного опыта.
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу