1930-е годы
Впереди одна тревога
И тревога позади…
Посиди со мной немного,
Ради Бога, посиди!
Сядь со мною, дай мне руку,
Лоб не хмурь, глаза не щурь,
Боже мой, какая мука!
И всему виною: дурь!
Ну и пусть: с чертой земною
Где-то слиты звезды, синь…
Сядь со мною, сядь со мною,
Иль навек уйди и сгинь!
Завтра, может быть, не вспыхнет
Над землей зари костер,
Сердце навсегда утихнет,
Смерть придет — полночный вор.
В торбу черную под ветошь
С глаз упрячет медяки…
Нет уж, лучше в прорубь! Нет уж,
Лучше к черту в батраки!
Черт сидит и рыбку удит
В мутном омуте души…
Оттого, знать, снятся груди —
Счастья круглые ковши!
Пьешь из них, как будто н е пил
У судьбы из добрых рук,
Не ступал на горький пепел
Одиночеств и разлук,—
Будто сердца жернов тяжкий
Никогда еще любовь
Не вертела, под рубашкой
Пеня бешеную кровь,—
Словно на душе, на теле
Нет еще ее помет!
Нет тебя на самом деле,
Друг мой, не было и нет!
Но пускай ты привиденье,
Тень твоя иль ты сама,
Дай мне руку, сядь хоть тенью,
Не своди меня с ума.
<1934>
"Где ты, моя прекрасная…"
Где ты, моя прекрасная,
Шляешься, плачешь, блудишь?..
Глупая, несогласная,
Злая, летучая мышь!
Сердце истомится, сломится
От непосильной тоски —
Это же мука: знакомиться
И целовать в виски!
Знаю: не любишь ты жалобы,
Правильно: скучно, серо!
Ты бы пришла, прибежала бы,
Сунула в руки перо,
Чтоб, не сказав «до свидания»,
Снова уйти на года —
Где ж ты, мое страдание,
Счастье, страда, беда?!
1930-е годы
"Хлопнув по бокам поджарым…"
Хлопнув по бокам поджарым,
Я сам-друг — Сергей Клычков
Был бы к утречку таков.
Взвился б под моим тулпаром
Ярым громом звон подков,
Разметалась бы пожаром
Грива ввысь до облаков,
И уж был бы я не старым
Стариком из стариков,
Сбросив тяжкое беремя
Девятнадцати веков
Да простившися со всеми,
Кто отстал или устал,
Смело вденув ногу в стремя,
Я бы юношею стал,
И догнал бы я, нагнал
И судьбу свою и время!
1935 или 1936
В праздник Вознесения
Под весенний звон
Было мне видение,
Снился страшный сон:
Будто ты с Егорушкой
Спишь на сеннике,
Золотое перушко
У меня в руке,
Я твержу вполголоса
Заклинанья строк…
У Егорки волосы
Гладит ветерок…
Выше с каждой строчкою
Возносился дух,
Видел голубочка я
Али даже двух!..
Слышал даже пение
Птиц… а может, звезд
В праздник Вознесения
Средь родимых мест!
Уж какой же небыли
Не случилось тут…
По земле, по небу ли
Вдруг прошелся кнут…
Вдруг всё небо вспучило
И с небесных круч
Соскочило чучело
В лохмотах онуч…
Быть тут часу, мигу ли,
Я не знаю сам,
Только вдруг запрыгали
Строки по листам…
Словно крючья гнутые
Дались в искосок,
У меня минутою
Поседел висок:
Тычет смерть-уморушка
В руки помело!
Закричал Егорушка,
Разбудил село!
Куры с гнезд попадали
Крыльями вперед…
Надо ли, не надо ли —
Вывалил народ!
Побежал по сродникам
Темный разговор…
Тот со сковородником,
У того — топор!
Разговор, что по ночи
Неизвестный вор
У Сергей Онтоныча
Выломал запор…
Если б не Егорушка,
Не сосед Егор,
Золотое перушко
Утащил бы вор:
Спать бы мне повалкою
Головой в тынок,
Если б со смекалкою
Не был мой сынок!
Между 1933 и 1936
В ночи стучит по лесу
Чугунный гуд колес,
И свищет громче беса
В два пальца паровоз.
Туман густой завесой
Задергивает плес —
Он лысый и белесый
И весь корьем зарос.
С испугу ли, в ответ ли
Вдруг щелкнет соловей,
И по воде, как петли,
Круги, беды черней.
Уж в самом деле нет ли
Утопленника в ней,
И на воде не след ли
Прозрачных пузырей?
Плывет, должно быть, утка
Луне наперерез…
Кого это так чутко
Подслушивает лес?
Дрожит звезда-малютка,
Вот-вот спадет с небес,
И страшно не на шутку,
Что в воду тянет бес!
Читать дальше