Однако в 1920-1940-х годах негативные стороны социализма были видны намного хуже позитивных и в Европе произошла заметная радикализация социализма, завершившаяся созданием Третьего (коммунистического) интернационала, одной из самых необычных внегосударственных структур, когда-либо возникавших в мире. Третий интернационал был, конечно, инструментом сталинской внешней политики. Но одновременно он стоял над этой политикой, поддерживая очень высокую «рамку» идеального социализма.
Третий интернационал оказался одной из жертв Второй мировой войны, и его гибель была страшным, может быть смертельным, ударом для "левого проекта". Затем наступила пора разоблачений "культа личности", «оттепель», "прорыв в космос" и долгие десятилетия застоя. В этот период "якобы коммунистические" западные партии тесно сближаются со старыми социалистическими и формируют с ними единую платформу, которая и выросла потом в еврокоммунизм/евросоциализм.
В сущности, в этой концепции нет ничего, кроме старых воззрений правых социалистов, выродившихся в политическую формулу Штрассера-Флика: капиталистическое производство при социалистическом распределении. На практике это означает очень высокий подоходный налог, высокий уровень безработицы при низкой доле лиц, находящихся за "чертой бедности".
Кроме того, современный евросоциализм — это активная государственная регламентация (прежде всего, в сфере образования), повышенное внимание к экологическим проблемам и интерес к правам национальных, религиозных и иных меньшинств. Как один из проектов современной постиндустриальной государственности это довольно интересно. Но, увы, первоначального содержания "левого политического проекта" — социальной справедливости — в евросоциализме совсем не осталось.
Евросоциалистические партии отказались от идеи диктатуры пролетариата, от обобществления средств производства, от концепции радикальной смены правящих мировых элит. От коммунизма, наконец. Сейчас они представляют собой странную смесь либералов с бюрократами-государственниками. Но эта насквозь компромиссная, лишенная всякого реального содержания политика пользуется массовой поддержкой и имеет опору во всех властных структурах.
Единственная проблема состоит в том, что "вызов справедливости" никуда не делся, сегодня он подхвачен исламскими радикалами, формирующими свой мировой проект, альтернативный европейскому.
Евросоциалистические партии могут создавать высокий уровень жизни в своих странах (пользуясь геоэкономической "рентой развития", которую Европа пока еще может взыскивать в странах третьего мира и отчасти в России). Они способны построить прочное и устойчивое социальное государство. Но они не имеют ни своей идеологии, ни, тем более, своей онтологии и поэтому обречены на историческое поражение.
Они не являются той силой, которая способна перевести западное общество через постиндустриальный барьер.
12.03.07 19:17
А.Франс: "Когда людей хотят сделать умными, добрыми, умеренными и великодушными помимо их воли, неизбежно приходят к необходимости перебить их всех до одного".
О неустойчивости утопических режимов писал Ф.Достоевский в "Сне смешного человека", интересно исследуется эта тема у А.Франса в "Суждениях господина аббата Жерома Куаньяра", до некоторой степени затрагивает этот вопрос М.Твен.