Сегодня, когда у нас вновь все «переворотилось и только укладывается», основной проблемой российской земли и ее труженика по-прежнему остается недостаток свободы и воли. Свободы крестьянского труда на собственной земле. Воли государства к выработке полноценной и осмысленной сельскохозяйственной политики.
Столкновение из столетия в столетие с одними и теми же проблемами может привести в отчаяние. Настала пора остановиться, оглянуться, определиться со стратегией развития сельского капитализма в России.
Всемирная битва за урожай
Вступив в новое тысячелетие своей истории, перейдя порог постиндустриальной революции, человечество тем не менее осталось самим собой, не изменилось в главном. В поте лица своего продолжаем мы добывать хлеб насущный.
Способность каждого заработать на кусок хлеба является главным принципом личной свободы. Способность любого народа и страны прокормить себя остается основой национального суверенитета. Генетический код современной цивилизации высоких технологий и электронных коммуникаций все равно зашифрован в преображении брошенного в землю зерна. Даже проникнув в секреты атомного ядра, познав геном человека и полетев в космос, мы не раскрыли тайну творения пшеничного колоса.
XXI век, несомненно, будет отмечен новыми открытиями и научными прорывами. Но выживание человечества все равно зависит главным образом от того, сумеет ли оно преодолеть пределы роста и собственного развития — экологические, демографические, ресурсные. Сохранит ли и даст ли всем чистые воздух, воду и землю. Сумеет ли победить голод и нищету, обеспечить ускоренное развитие и достойный уровень жизни наименее развитым странам, окончательно не подорвав по пути устойчивость биосферы.
Даже справившись со столь беспокоящей нас сегодня исчерпаемостью энергетических ресурсов, заменив нефть и газ какой-то новой экономической кровью, мы никогда и ничем не сможем заменить воду и хлеб. И не сможем отменить необходимость каждый день накормить все увеличивающееся население планеты.
Поэтому в новом столетии, чем дальше, тем больше, глобальные процессы будут определяться экологическим и биологическим выживанием человечества. Отсутствием новых неосвоенных земель и пределами их эксплуатации. Демографическими пределами. Усиливающейся конкуренцией за доступ к плодородной почве и чистой воде.
Эти процессы могут вылиться в очередные горячие или холодные, локальные или мировые войны. А могут, наоборот, породить новую аграрную технологическую революцию, которая эту войну остановит или предотвратит. Сейчас возможно и то и другое.
Но для нас крайне важно, что в этом глобальном экологическом и демографическом противостоянии за передел планеты России принадлежит особая и тяжелая роль. В силу своих природных богатств, огромных территориальных и земельных ресурсов, самых значимых на Земле запасов пресной воды наша страна неизбежно окажется в самом центре борьбы. Борьбы, которая будет становиться все более ожесточенной по мере увеличения крайне опасного уже сегодня перепада «демографического давления» — обезлюдивания России на фоне продолжающегося ускоренного роста населения наших ближних и дальних соседей.
Россия должна быть к этому готова. Должна понимать это будущее и уметь себя защищать.
Новая «зеленая революция»
Еще в 1992 году 160 крупнейших ученых из разных стран мира, лауреатов Нобелевской премии, обратились к международному сообществу с меморандумом «Ученые предупреждают человечество». По оценкам этих экспертов, в предстоящие десятилетия проблема нехватки продовольствия станет одной из основных глобальных проблем.
По оценкам экспертов ООН в области народонаселения, к 2050 году численность населения Земли может достигнуть 9-10 млрд человек. В результате, к середине XXI века во всем мире от 1,6 до 5,5 млрд человек (по пессимистичному прогнозу) будут проживать в странах, где не выполняется норматив минимальной обеспеченности обрабатываемыми сельскохозяйственными землями — 0,07 га пахотной земли на душу населения.
Объективный барьер для решения этой проблемы — ограниченность плодородных земельных ресурсов. На протяжении второй половины XX века площадь земель, пригодных для сельскохозяйственного производства, в мире практически не росла. Даже несмотря на бурный научно-технический прогресс, который теоретически, казалось бы, позволяет рассчитывать на вовлечение в оборот тех почв, которые ранее считались непригодными для земледелия. Но нет, по усредненным оценкам, доля сельскохозяйственных земель в последней трети XX века выросла всего лишь с 33,1 до 35,7 % всей суши, а доля пахотных земель — и того меньше, с 10,4 до чуть более 11 %.
Читать дальше