Кататься на коньках, как и на лыжах, Ирину научил отец. Правда, потом он был не очень доволен тем, что дочь столько времени посвящает спорту, забывая про учебу. Он считал, что для нее важнее получить хорошее образование. Зато старшая дочь Валентина его всегда радовала: училась только на «отлично», ее фотография висела на доске почета в школе. Младшую это просто выводило из себя: ведь ей постоянно ставили в пример сестру.
В тот момент, когда на нее, пятилетнюю, впервые надели коньки (тогда еще поверх валенок) и поставили на лед, Ирина почувствовала необыкновенный восторг. У нее не была страха падения, ей нравился лед, нравились чувство скольжения и особенно прыжки, которые заканчивались в мягком сугробе. Позже Ирина Роднина вспоминала, что уже в самые юные годы у нее появились первые болельщики – ребята постарше и взрослые, которые с интересом наблюдали, как розовощекая кроха лихо носится по катку.
Самые первые фигурные коньки Ирины – настоящие, с ботинками, – были бежевого цвета. Белых достать не смогли. Это было для девочки огромным огорчением, ей так хотелось носить белые высокие ботиночки на шнуровке! Но нога росла быстро, вскоре коньки пришлось менять, и тогда мечта маленькой спортсменки наконец сбылась.
После нескольких лет катания в разных секциях Ирина выдержала конкурс и попала в группу фигуристов ЦСКА, занимавшуюся на недавно построенном катке. В 1964 году на пятнадцатилетнюю фигуристку-одиночницу обратил внимание Станислав Жук, начинающий тренер, недавно оставивший спортивную карьеру. Он был человеком со сложным, противоречивым характером, работал с полной самоотдачей и того же требовал от своих учеников.
Увидев Ирину, он решил, что она идеально подходит для парного катания, и очень быстро подобрал ей пару – фигуриста Александра Уланова. «Мой первый партнер был человеком творческим, – вспоминала Ирина Константиновна. – Он горел фигурным катанием, с ним интересно было работать. И трудно». Благодаря ему Ирина близко познакомилась с театральной Москвой.
Впервые Роднина и Уланов выступили вместе в 1966-м, а через год одержали первую победу – на турнире «Московские коньки». Потом они уже не снижали планку: первенство СССР, чемпионат Европы – везде они стояли на пьедестале, но не были первыми, никто от них этого и не ждал. Победа на чемпионате Европы 1969 года стала сенсацией: Роднина была совсем еще новичком в катании такого уровня, она даже не имела звания мастера спорта, но пара смогла опередить заслуженных спортсменов, олимпийских чемпионов. Продолжением этого удачного года стало «золото» на чемпионате мира в Америке.
Вскоре Ирину Роднину знала вся страна, юные фигуристки подражали ее стилю катания, а от нее теперь ждали только побед. Безусловно, ей были приятны и популярность, и внимание, но, с другой стороны, она оказалась под гнетом ответственности, очень тяжелым для юной девушки. У нее не было права на ошибку, она была обязана выигрывать и удивлять. И она делала это, порой переступая через себя, через свои желания и интересы, через усталость и проблемы со здоровьем.
Конечно, родители Ирины очень гордились победами дочери, но каждый год отец задавал ей вопрос: «Надеюсь, это твой последний сезон? Надо выбирать серьезную профессию». Он считал спорт чем-то вроде развлечения и все еще надеялся, что дочь получит достойное образование и станет инженером. Инженером Ирина не стала, но Институт физкультуры все же окончила – в 1974 году.
Роднина и Уланов – чемпионы XI Белой Олимпиады в фигурном парном катании (1972)
Ирина Роднина рассказывала об одном характерном случае того периода: вернувшись из турне по Европе и Америке, она, захлебываясь от восторга, начала в кругу семьи рассказывать о разных заграничных «чудесах». «Дочь, да ведь это американская пропаганда!» – вдруг услышала она. «Даже дома я чувствовала, что являюсь лицом советского спорта!» – иронизировала Ирина.
Вместе с победами и признанием к паре Роднина – Уланов пришли разногласия. Партнеры всегда были очень разными по темпераменту и стилю катания, но поначалу Ирина уступала Алексею как более опытному фигуристу, а теперь у нее появилось свое мнение. Они выиграли на Олимпиаде 1972 года, но фактически перестали существовать как пара.
«В моем понимании танцы – это когда идешь через реку по мосту, а парное катание – когда через ту же реку, но по перилам»
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу