Array Array - ИСТОРИЯ ОРДЕНА ТАМПЛИЕРОВ

Султан Килавун находился уже на границе Египта, когда магистр послал предостережение триполитанцам, которые только посмеялись, говоря, чго Боже действовал так лишь, чтобы напугать их и придать себе значимости.

И когда султан подошел еще ближе, магистр послал другого посла внушительного вида, им был брат Редкёр, испанский брат-рыцарь, и сообщил им, что подходит султан. И все оказались меж двух [мнений] - верить или нет, и Редкёр вернулся в Акру, а султан подошел к Триполи".

В последний час было предпринято отчаянное усилие укрепить город. Киприоты и госпитальеры привели отряды рыцарей и сержантов; орден Храма послал маршала Жоффруа де Вандака, командора Акры, Педро де Монкаду (магистра Испании в 1279-1282), брата Редкёра и часть монастыря. Даже венецианцы, которые спровоцировали катастрофу, приняли участие в обороне Триполи.

Осада началась 17 марта 1289 г. Гарнизон, разобщенный и смешанный, защищался без особого рвения.

Город был очень сильным, и с крепкими каменными стенами, но султан велел наступать и стремительно атаковать самое слабое место - Древнюю башню, которая действительно была очень старой; и по ней так били машины, что вся она развалилась на части, также и башня Госпиталя, которая была крепкой и новой, тоже была пробита [так], что свободно могла пройти лошадь, у султана было столь великое число людей, что двадцать сарацинских лучников так целились в каждого [нашего], что ни один из наших арбалетчиков не осмеливался выглянуть оттуда, чтобы выстрелить, и были [они] скоро разбиты <...>

Венецианцы и пизанцы дали сигнал спасаться, кто может, выходя в открытое море на своих судах; вслед за ними гарнизон очистил место, потеря которого казалась неизбежной. "Маршал ордена Храма и командор Госпиталя с предводителями киприотов ускользнули <...>, и пал в битве де Монкада, командор ордена Храма, и Гийом де Кардона, брат ордена Храма, и был взят живым брат Редкёр, и брат Гуго, сын графа Ампурийского <...>

Потеря Триполи ознаменовалась новым перемирием между иерусалимским королем и султаном. Это поражение имело отзвуки на Западе. Папа отправил двадцать спасательных галер христианам Акры. Крестоносцы, сопровождавшие их, шли навстречу последней трагедии Святой Земли.

Когда эти люди были в Акре, перемирие, которое король заключил с султаном, хорошо поддерживалось обеими сторонами, и бедные простые сарацины вошли в Акру и принесли на продажу свое добро, как они уже делали. Волею Дьявола, который охотно изыскивает дурные дела среди добрых людей, произошло так, что эти крестоносцы, которые прибыли, чтобы творить добро и ради своей души, на помощь городу Акре, способствовали его уничтожению, ибо они промчались по земле Акры и предали мечу всех бедных крестьян, которые несли на продажу в Акру свое добро, пшеницу и прочие вещи, и которые были сарацинами из обнесенных изгородями хижин Акры; и точно так же убили многих сирийцев, которые носили бороды, а были греческой веры, и которых убили за их бороды, принимая за сарацин; каковое дело было очень скверным поступком, и это стало причиной взятия Акры сарацинами, как вы услышите. [496]

Султан сохранил перемирие, но письменно обратился к главам города, потребовав наказать виновных. На собрании совета, рассматривавшего это требование, магистр ордена Храма предложил решение, которое отличалось находчивостью. Пусть в городских темницах отыщут всех осужденных за разные преступления к смерти по городскому праву и казнят их публично, уверив султана, что это убийцы мусульманских крестьян. "И таким образом, - сказал он, - будет считаться, что султану заплатили, и мы избежим его мести, и свершим правосудие над ними, поскольку они все равно должны умереть". Но совет показал себя неспособным принять решение даже по столь неотложному вопросу и направил расплывчатые извинения султану, который решил покончить с христианами Акры.

Смерть султана Килавуна, которому безоговорочно наследовал его сын, не остановила приготовлений. "И эмир Салах, [497] эмир, который был другом магистра ордена Храма, дал знать оттуда названному магистру, что султан всеми способами собирается идти на осаду Акры, что магистр, ордена Храма довел до всех сеньоров Акры, а они не пожелали верить этому". Добровольное ослепление, однако, должно было зайти еще дальше.

Престиж Гийома де Боже внушал столь сильное уважение даже туркам, что султан написал ему письмо, чтобы сообщить о своем прибытии. Корреспонденция попала в руки хрониста: