В память о драматическом Прутском походе 1711 года Сенат учредил орден святой Екатерины – высшую женскую награду страны. Ею впервые была удостоена императрица Екатерина I, проявившая в трудные для окруженной на Пруте русской армии мужество и стойкость. В день ее именин в 1714 году и состоялось пожалование. При жизни Петра его супруга оставалась единственной обладательницей ордена, имевшего вид золотого медальона в бриллиантовой оправе. Латинская надпись на обороте гласила: «Трудами сравнивается с супругом». Знак носился на банте с вышитым девизом «За Любовь и Отечество», укрепленном на красной муаровой ленте с серебряной каймой.
Наряду с орденами, почетными наградами считались и миниатюрные царские эмалевые портреты, украшенные драгоценными камнями. Ими жаловал лично самодержец за яркие военные победы и дипломатические заслуги. Носились они на груди, на банте из голубой андреевской ленты.
Петром I был задуман и третий российский орден – святого благоверного князя Александра Невского. Но его официальное утверждение состоялось уже после смерти императора – 21 мая 1725 года. В соответствии с девизом «За Труды и Отечество» им награждались военные и гражданские чины за подвиги и верную службу государству.
Концы креста украшали рубиновые стекла, между которыми располагались золотые двуглавые орлы. В центре – белый эмалевый медальон с изображением князя-полководца.
Более распространенной наградой были медали, учреждаемые в честь важных исторических событий. Истоки петровских медалей восходят к «золотым» – монетам на цепи – времен Крымских походов 1687 и 1689 годов князя Василия Голицына.
Кавалергарды на коронации Екатерины I.
Знамена, штандарты. Цифрами обозначены:
1. Знамя конного строя Преображенского полка. 2. Полковое знамя 1700 г. 3. Знамя пехотных и драгунских полков 1712 г. 4. Знаменосец-преображенец с ротным знаменем лейб-гвардии Преображенского полка 1709 г. 5. Ротное (цветное) знамя Киевского пехотного полка. 1711 г. 6. Ротное (цветное) знамя Черниговского полка. 1712 г. 7. Знамя Ярославского драгунского гренадерского полка. 1712 г. 8. Знамя Смоленского пехотного полка. 1712 г. 9. Знамя Новотроицкого фузелерного (пех.) полка. 1712 г. 10. Фурьерский значок Лейб-Регимента. 11. Фурьерский значок фузелерных и драгунских полков. 12. Ротный штандарт Московского драгунского полка. 1709 г. 13. Ротный штандарт Нижегородского драгунского полка. 1709 г. 14. Цветное знамя Воронежского фузелерного полка. 1712 г.
На памятных знаках, которыми удостаивали и солдат и офицеров, наносились фрагменты знаменитых сражений (Лесная, Полтава, Ган-гут, Гренгам), аллегорические фигуры (медаль, посвященная Ништадтскому миру 1721 года). Один из самых известных называется «Небы-ваемое – бывает» и напоминает участникам боя в устье Невы в мае 1703 года об одной из первой морских побед России.
Свирепые и беспощадные, они подобно своим предкам – викингам, не знали усталости в дальних походах. Вооруженные великолепным оружием, они стремились подавить противника еще до сражения. И слепая вера в полководческий гений своего юноши-короля заставляла их атаковать любого неприятеля, каким бы численным превосходством тот ни обладал.
Они – это солдаты и офицеры шведской армии, заставившей в конце XVII – начале XVIII века трепетать Европу.
Со времен Тридцатилетней войны (1618 – 1648) шведская армия по праву считалась одной из сильнейших. Все новшества в области военного искусства оперативно внедрялись в подразделениях каролинцев. Взять, к примеру, штык. Изобретенный в Польше в 1690-х годах, он не был широко известен до тех пор, пока северяне не ввели его у себя и убедились в пользе такого усовершенствования. Позже штык появился и у остальных европейских армий.
Все детали формы и амуниции каролинцев (то есть воинов армии Карла XII) предназначались для успешных действий в суровых условиях севера, штормов и ветров Балтики. Основные цвета обмундирования – синий и желтый (под раскраску государственного флага). Кафтан шился из толстого сукна с широким воротником, который при необходимости поднимался и плотно укутывал шею от снега и холодного воздуха. Треуголка в дождь и стужу легко трансформировалась в своеобразный капор, другим головным убором служил карпус – суконный треух, подбитый мехом. Удобный и практичный карпус был моментально перенят русскими солдатами, которые назвали его иначе – картуз.
Читать дальше