И помните, что верховным критерием правильности вашего [277] мышления всегда была и остается та самая жизнь, в мысленном выражении которой возникли мучающие вас противоречия. Ходом живой жизни, ходом практики, ходом эксперимента противоречия эти были рождены — в нем же, и только в нем, они находят и свое разрешение.
Вне практики, писал Маркс, ставить вопрос о том, соответствуют выводы вашего мышления контурам объективной действительности или же расходятся с ними, нельзя. Ставить вопрос «абстрактно», то есть вне связи с практикой жизни, — значит обрекать себя на безвыходную схоластику, на бесплодное кружение среди чужих слов.
Не надо только забывать, что «жизнь» и «практика», о которой тут идет речь, — это жизнь и практика в самом серьезном, глубоком и конкретном их значении. Точка зрения марксистско-ленинской философии — это точка зрения революционной практики, взятой во всем ее объеме и в исторической перспективе. И ни в коем случае не точка зрения узкопрагматически понимаемых интересов и преходящих потребностей сегодняшнего дня, какими бы «актуальными» и «злободневными» они подчас на первый взгляд ни казались. И здесь тоже придется думать, придется различать между тем и другим, придется опять «разрешать противоречие». На этот раз — противоречие между кажущейся и действительной злободневностью — между марксистско-ленинским и узкопрагматическим пониманием требований жизни, требований общественной практики. Так что критерий практики не избавит вас от необходимости думать, мыслить, сопоставлять и спорить. Наоборот, он обязывает вас думать еще напряженнее, еще умнее, еще грамотнее.
И этому умению лучше и легче всего учиться у Маркса, у Энгельса, у Ленина, читая, перечитывая и продумывая их труды, их мысли — их живую диалектическую мысль.
Только на этом пути можно научиться уверенно различать истину от заблуждения, правду — от правдоподобной лжи. А без умения их различать человеку в жизни приходится очень туго.
До сих пор мы говорили только про истины типа «дважды два — четыре», про то, что к ним надо относиться с «умом».
Но ведь, кроме таких общих истин, которые при правильном к ним отношении, при умении обращаться с ними делают человека сильнее, в мире широчайшее хождение имеют и устойчивые общие иллюзии, обретающие подчас вид самых что ни на есть «общих истин», даже «абсолютных истин». Это формулы, отражающие вовсе не подлинное устройство окружающего нас мира, а всего-навсего обманчивую видимость, [278] создаваемую ограниченностью нашей собственной точки зрения на этот мир.
Нагляднейшим примером такой «абсолютной истины» может служить хрестоматийный пример иллюзии, создаваемой вращением Земли. Все люди всегда являлись и являются свидетелями того факта, что Солнце вращается вокруг Земли — восходит на востоке и заходит на западе. И долгие века это «научное положение», подтверждаемое ежедневным наблюдением, считалось настолько «абсолютным» и «несомненным», что на человека, посмевшего усомниться в нем, смотрели как на сумасшедшего или, еще того хуже, как на злодея, как на врага знания, здравого смысла и всех устоев.
Философ и астроном Джордано Бруно, осмелившийся открыто заявить, что на самом деле все выглядит как раз наоборот, был сожжен на костре как вреднейший еретик. А таких «истин» в мире обращается очень и очень много, и, чтобы различить их от подлинных истин, отражающих объективное строение окружающего нас природного и общественного мира, как раз и нужно иметь развитый диалектический ум. Без него человек всегда окажется рабом ходячих предрассудков, рабом модных мнений, рабом иллюзий. Как следствие — игрушкой в руках других людей.
А для воспитания в себе диалектического ума «не существует до сих пор никакого иного средства, кроме изучения всей предшествующей философии» (Ф. Энгельс) [6] Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения, т. 20, с. 366.
.
Так не стоит ли поинтересоваться ею всерьез уже в молодости? [279]
Кант И. Критика чистого разума /Сочинения, т. 3, с. 218. [Цитата неточная — A.M. ]
Там же.
Письмо к Лассалю от 16 июня 1862 года.
Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 20, с. 537–538.
Кант И. Критика чистого разума, с. 627, 628.
Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения, т. 20, с. 366.