Георгий Эфрон - Дневники

Мне плевать на то, что мы не знаем, где будем жить, - это не резон, чтобы мешкать со школой. Я потерял достаточно времени. В общем, сегодня поговорю с Тарасенковым. Я продолжаю надеяться, что и с комнатой на Б. Сергиевском пер., и со школой 167 все устроится. Прописка наша здесь кончается 15-го. Наша соседка, Наталия Алексеевна Габричевская, говорит, что мы прекрасно можем оставаться здесь до 1-го и что никто нас не будет беспокоить. Мать настроена (selon son habitude1) более панически и поговаривает о том, чтобы ночевать у Лили (а днем здесь быть) и т.п. Читаю хорошую книгу Е. Дабита "Трэн де Ви". У нас в комнате царит полный хаос, всюду валяются какие-то тряпочки, бумажки и т.п. Навалены мешки и сундуки. Чрезвычайно любопытно, как мы будем отсюда переезжать. Да, очень любопытно. Противно то, что придется быть участником этого апокалипсического переезда. Хорошо было бы быть "безучастным зрителем"! - Да нет, не удастся, пожалуй. Ящики с книгами не забиты, мать разводит панику, Мули и денег не видно, женщина только и делает, что звонит, со школой не устроено, в комнате хаос, в общем, "жуть, бред". - Заседание продолжается. Мать в сундуке перебирает какие-то вещи, я жру пирожные в ларьках и езжу на трамваях. Вчера были ожесточенные бои у побережья Англии. Немецкие самолеты напали на Портленд, крупный порт Англии. Немцы говорят, что сбили 90 англ. самолетов и потеряли 21, англичане говорят, что сбили 60 нем. самолетов и потеряли 26. Это был очень ожесточенный и крупный воздушный бой. Немцы устанавливают мины у английского побережья. Итальянцы продолжают продвигаться в Британском Сомали. Они уже захватили какие-то порты. Очевидно, приближается час генерального нападения на английские острова. Но это нападение очень рискованно, и оттого немцы тщательно его подготовляют, а итальянцы атакуют английские позиции в Африке.

Дневник N 8 14 августа 1940 года

Георгий Эфрон Сегодня в? 11-го Муле звонила эта женщина, сказала ему, что "она и сестра очень расстроены", и сказала, что позвонит ему завтра в 8 часов. Тут Муля ей сказал, что если через час она не условится с ним для осмотра комнаты и если сегодня не будут решены все формальности, то он начнет против нее судебный иск за мошенничество и обман. Это уже длится 5 месяцев. Этот разговор он передал нам по телефону. С тех пор он нам не звонил. Я думаю, что дело с этой комнатой на Б.

Сергиевском пер. лопнуло. Очевидно, это была мистификация. Да, нечего сказать, в хорошей мы улочке. Dans une impasse.1 Завтра мы выпишемся отсюда (срок прописки истекает 15-го). Наша соседка (очень симпатичная) Наталия Алексеевна Барто говорит, что мы прекрасно можем остаться здесь до 1-го и что никто нас тревожить не будет. Но мать, по-моему, этому не верит и продолжает беспокоиться. А вдруг будут звонить из домоуправления, мы подойдем, и они спросят, кто это говорит (Нат.

Алекс. и ее муж уезжают послезавтра в Коктебель)? - Да, наше положение отвратительное. Удастся ли нам найти что-нибудь до 1-го сентября? И еще будем судиться с этой плутовкой! Отрицать нечего, наше положение хуже, чем когда-либо.

А я думал, что все скоро пойдет вверх, - ошибся. Какой бред! Ведь эта возня с комнатами длится уже 5 месяцев! Теперь мне ясно, что это мистификация. Почему не звонит Муля? - Возможно, что он ищет эту женщину или ее сестру. Во всяком случае, я думаю, что он что-то в этом отношении предпринимает. Факт, что наше положение крайне критическое, - негде жить, и эти огромные сундуки, чемоданы, мешки, ящики! Опять проклятая неизвестность! Опять не кристаллизирующаяся жижа, опять моллюск и холодный пудинг! - Отвратительное состояние! И никто ничего не может сделать! Да-с, нечего сказать. Вчера были у Тарасенковых. Он мне обещал ходатайство редакции "Знамя" в школу. Сегодня он мне позвонил, что уже смастерил такое прошение в 167-ю школу, с штампом и т.п. Я сегодня к нему зайду за ним в 8 часов. Кроме того, звонил Пастернак и сказал, что Павленко обещал написать ходатайство в эту 167-ю школу, и завтра мать будет звонить секретарше Павленко Скудиной, чтобы узнать, когда можно будет получить эту бумагу (в школу). Итак, у меня будет две бумаги, чтобы представить директорше, и я думаю, что меня примут при наличии этих ходатайств. Ходатайство от редакции журнала "Знамя" я получу сегодня, а бумагу из Союза писателей (от Павленко) получу, очевидно, завтра.

Самое отвратительное (если меня туда примут), это будет, если мы будем жить так далеко от этой школы, что я не смогу туда ездить (где-нибудь за городом или в слишком отдаленном районе). Самое трагикомичное заключается в том, что в школу я поступаю, а где жить к началу учебного года буду, не знаю! "Бред", как говорит Серебрянский. Интересно, будет ли Митька учиться в этой же школе? Хотел бы я знать, где мы будем находиться к 1-у сентября. Еще предстоит переезд, бррр!