Монинг Карен - ПЛЕНИТЬ СЕРДЦЕ ГОРЦА

- Моя честь... - начал распаляться Рэмси, но Гримм нетерпеливо осадил его: у него есть дела и поважнее, чем пререкаться с Рэмси.

- Перейдем сразу к делу, Логан. Сколько золота ты задолжал Кэмпбеллам? Половину того, что дают за Джиллиан? Или больше? Судя по тому, что я слышал, ты в долгах, как в шелках. Если ты заполучишь наследницу Сент-Клэров, ты сможешь расплатиться с долгами и пожить в мотовстве несколько лет. Разве не так?

- Не все же такие богатые, как ты, Родерик. Для некоторых, и таких немало, забота о роде - это постоянная борьба. И мне нравится Джиллиан, - сердито сверкнул глазами Рэмси.

- Не сомневаюсь. Так же, как тебе нравится набивать брюхо изысканной едой и заливать горло лучшим виски. Так же, как нравится ездить на чистокровном жеребце или показывать друзьям своих волкодавов. Может, это из-за всех этих трат тебе так трудно содержать свой род? Сколько лет ты вертелся при дворе, тратя золото так же быстро, как размножается твой клан?

Рэмси неуклюже повернулся и долго молчал. Гримм наблюдал за ним, подготовив каждый мускул своего тела к прыжку. У Логана был буйный нрав, и Гримм знал это по собственному опыту. Он уже ругал себя за то, что сцепился с этим человеком, но его приводила в ярость склонность Логана ставить свои потребности выше нужд своего голодающего клана.

Сделав глубокий вдох, Рэмси повернулся, удивив Гримма приятной улыбкой.

- Ты не прав насчет меня, Родерик. Сознаюсь, мое прошлое не идеально, но я уже не тот, кем был раньше.

Гримм смотрел на него, и в каждой черточке его лица проступало сомнение.

- Видишь? Я уже не выхожу из себя, - Рэмси поднял руку в знак примирения. - Я понимаю, почему ты поверил в эти рассказы обо мне. Когда-то я был необузданным, эгоистичным распутником, но это уже в прошлом. Я не могу тебе этого доказать, только время докажет мою искренность. Ты можешь хотя бы допустить это?

Гримм фыркнул.

- Конечно, Логан. Это я могу допустить. Ты мог стать другим.

«Еще хуже», - добавил он про себя и снова повернулся к огню.

Услышав, как Рэмси повернулся, чтобы выйти из комнаты, Гримм не смог удержаться, чтобы не спросить:

- Где Джиллиан?

Логан резко остановился и бросил холодный взгляд через плечо.

- В кабинете, играет в шахматы с Куином. Он намерен сделать ей сегодня предложение, так что я предлагаю оставить их наедине. Джиллиан заслуживает хорошего мужа, и если она ему откажет, я намерен сделать ей предложение вместо него.

Гримм сухо кивнул. После этого он несколько минут старался не допустить в голову мысли о Джиллиан - о Джиллиан, устроившейся в уютном кабинете наедине с Куином; который собирается сделать ей предложение, - и, не преуспев в борьбе с самим собой, он снова вышел в ночь, обеспокоенный словами Рэмси гораздо больше, чем ему хотелось это признавать.

***

Пробродив по саду почти полчаса, Гримм вдруг понял, что нигде не видно его жеребца. А ведь он оставил его во внутренней загороди меньше часа назад! Оккам редко уходил далеко от замка.

Озадаченный, Гримм обыскал внутреннюю и внешнюю загороди, посвистывая по пути, но не услышал ни ржания, ни топота копыт. Затем он обратил задумчивый взгляд к конюшням, стоявшим на краю внешнего двора замка. Внутри него зашевелились тревожные предчувствия, и он пустился к надворной постройке бегом.

Ворвавшись в конюшню, Гримм резко остановился. Там царила неестественная тишина, воздух наполнял странный запах - резкий, едкий, похожий на вонь протухших яиц. Перед тем как войти в помещение, Гримм некоторое время вглядывался во мрак и заносил в память каждую деталь. Кучи сена на полу - нормально. Масляные лампы, подвешенные к балкам, - тоже нормально. Все калитки закрыты - снова нормально.

Запах чего-то сернистого - определенно не нормально. Но и недостаточно, чтобы о чем-то догадаться.

Гримм осторожно шагнул в конюшню, свистнул и был вознагражден приглушенным ржанием из стойла в дальнем конце конюшни. Усилием воли он сдержал себя, чтобы не кинуться вперед.

Это - ловушка!

Хотя невозможно было понять, в чем, собственно, таилась угроза, опасность явственно сочилась с балок низкой постройки. Чувства его обострились. Что же идет не так? Сера?

Гримм задумчиво прищурился, шагнул вперед и легонько пнул ногой клочок сена на полу, затем наклонился и отодвинул густой пучок клевера.

И тихо присвистнул от изумления.

Затем снова пнул ногой сено в другом месте, прошел пять шагов вперед, сделал то же самое, сделал пять шагов влево и повторил движение. Проведя рукой по пыльному каменному полу под сеном, он сгреб пригоршню мелкозернистого черного пороха.