У рыбацкого костра

В Булгане мы еще раз пробуем Орхон. Ужасная головоломная дорога. Орхон, как всегда, мутен. Небо хмурое, здесь каждый день шел дождь.

Четыре с половиной часа махания удочкой без всякого результата. Меняю места, блесны - и ничего. Сумерки. Стою сжав зубы. Трудно поверить, что только вчера отпускал я тайменей и ленков, что, позевывая, проходил мимо самых лучших мест!

Предпоследний бросок, сильный рывок, визг катушки. Леска в мгновение ока оказывается на середине реки. Парирую атаки рыбы, поднимая удилище. Довольно быстро подвожу ее к противоположному берегу, сам же начинаю брести через прибрежную отмель, беспрерывно сматывая леску.

Рыба - на мели, метрах в пяти от меня. Из мутной воды торчат спинной плавник и пасть. Пожалуй, в ней килограммов семь.

Пробую подтянуть ее еще метра на два, под самый берег. Внезапно что-то лопается. Окаменев, я какое-то мгновение не знаю, что делать. Пару секунд рыба, застыв, лежит неподвижно. Потом мы одновременно бросаемся: я - к ней, она - в реку…

Сколько разочарования! Стою еще целый час. Поклевок нет. К тому же я потерял великолепную «американку». Рыба удрала, ибо лопнуло колечко, соединяющее крючок с блесной.

Уезжаю в Булган с черной печалью на душе. Едем в Улан- Батор. Еще несколько дней, но уже ни одной рыбацкой оказии. Мне горько, что последний контакт со здешним раем закончился так печально. Эта ложка дегтя испортила всю бочку худжиртского меду.

И только потом я понял всю целительную, просто врачующую силу ложки дегтя. Благодаря ей исчезло пресыщение, неразрывно связанное с раем, появился аппетит, и вот снова я с удовольствием лазаю по привисленским кустарникам, сотни раз забрасывая удочку ради какой-то мелочи…

(№ 33, 1973)

Перевод с польского Г. Бурганского

Леон Геллерт

Я настолько далек от рыболовного спорта, что, когда в понедельник утром слышу, как сосед спрашивает другого: «Ну, как клевало вчера?», мне прежде всего приходит на ум мысль о… комарах. Это, однако, вовсе не значит, что я никогда не держал в руках удочку. Время от времени некоторым заядлым любителям, отчаянно нуждающимся хоть в каком-нибудь компаньоне, удается вытаскивать меня в море, и я болтаюсь с ними в их яликах, пока меня не доконает морская болезнь.

Должен сказать, что наша Баррэн-авеню просто кишит заядлыми рыболовами. Знаменитые Бруксы, Битэмсы, Виккерстэты - это все мои соседи. И самым опытным из них, по единодушному мнению всех наиболее авторитетных наблюдателей, является мой друг Кирилл Максуп. Мне об этом, понятно, судить трудно, но, поскольку сам Максуп очень часто утверждает то же самое, по- видимому, это действительно так.

Говорят, что он знает о рыбах столько, что может читать самые сокровенные их мысли. Многие ли рыболовы осмелятся заявить, что они таскают хитрющих лещей с помощью одного голого крючка, без всякой наживки? А Максуп делает это запросто.

Неудивительно поэтому, что, наслышавшись рассказов о его доблести и мастерстве, я не устоял и принял его предложение порыбачить недельку в Старой бухте. Было это прошлым летом, но я до сих пор помню все до мельчайших подробностей. И наверное, буду помнить всю жизнь…

- Однако, прежде чем мы отправимся, - предупредил меня Максуп, когда я сказал свое «да», - мне хочется, чтобы ты твердо усвоил, что я везу тебя в такое место, о котором никто, кроме меня, не знает. Ты должен поклясться, что никогда, никому, ни при каких обстоятельствах не выдашь его координаты. Это место - ты убедишься сам - так кишит рыбой, что ее можно таскать из воды голыми руками.

Я поклялся. Так торжественно, как только мог.

- Все снаряжение и снасти у меня есть, - сказал он в заключение. - Тебе придется взять только наживку, пол-ящика или, лучше, ящик пива и рюкзак или сумку с подходящими продуктами - на случай, если нам надоест питаться дарами моря. Поставим там на самом берегу палаточку и заживем себе, как боги. Тишина, покой вокруг, никаких тебе знакомых и родных. Здорово, а?

В путь мы тронулись в субботу. Чтобы закупить все необходимое, мне пришлось полдня побегать по магазинам. Плавание тоже оказалось не из легких: греб я один - Максуп сидел на корме и приводил в порядок снасти, а море, даже мой друг признал это, было довольно неспокойным. Поэтому, когда мы добрались до места, у меня едва хватило сил вытащить ялик на берег.