Наталия Шипски - Мортем

Ричард улыбнулся, обрадовавшись проблеску настоящего Георга в тумане, напущенном Агатой.

– Сухие факты: мне 31 год, у меня нет жены, нет своего жилья и нет желания что-либо менять. Я действительно не готов к браку и не думаю, что когда-нибудь буду готов.

Затем их разговор сменился на более приятный для обоих лад. Они были не уверены в правдивости сказанного с той стороны, каждый считал, что знает другого достаточно хорошо, и потому сделал в голове собственные предположения, не имеющие ничего общего с реальностью.

5

Когда Марсель ушел, Ричард взглянул на часы. Следующий клиент должен был прийти только через час.

Ричард вышел из кабинета и направился вниз по лестнице в надежде столкнуться с Георгом и убить немного времени вместе. Георг стоял около Агаты, которая снова с видом учительницы что-то высказывала своему мужчине. При виде Ричарда они оба замолчали, Агата натянула на себя привычную улыбку и невинно захлопала глазами.

– Что этот оболтус опять натворил? – В шутку спросил Ричард, пытаясь разрядить обстановку.

– Опоздал на полтора часа! Мы работаем с полдевятого утра, и он все равно опоздал! – Агата обиженно скрестила руки на груди и выразила сильное недовольство с помощью надутых губ и хмурых бровей.

– Как он мог опоздать, если у него первый клиент только через пятнадцать минут?

– Он договорился помочь мне с бумагами, пока есть свободное время и просто проспал! – Агата приложила руку к лицу и демонстративно покачала головой.

– Можно подумать, ты тут зашивалась! – внезапно выпалил Георг. – С утра мало кто заходит к нам, так что не нужно этой показухи! – Ричард редко видел их ссоры, но предполагал, что случаются они с приличной периодичностью. Он разочарованно качнул головой и решил все-таки вмешаться:

– Мне кажется, вам стоит спокойно обсудить все наедине. Я, пожалуй, вернусь к себе в кабинет, – Ричард уж было развернулся, чтобы уйти, но его окликнул Георг, в глазах которого читалось: «Не оставляй нас».

К радости всех присутствующих, в «Мортем» зашел посетитель. Теперь Ричард мог без угрызения совести удалиться, отгородившись от необходимости наблюдать за пререканиями этой пары. Он не стал говорить что-либо Агате на прощание. Не потому, что считал любые слова сейчас неуместными, а потому, что просто не хотел.

«Боится ли он открыть глаза и увидеть, что за женщина рядом с ним? Да нет, глаза у него давно открыты. Все-таки чем-то Агата смогла его зацепить. Ну и что, что они вечно ссорятся и та старается подмять его под себя? В этом и есть суть отношений – принимать все плохое в человеке и не стараться его изменить, – Ричарда рассмешили его же мысли, – любят же люди наслаивать аксиомы здоровых отношений на свои больные. Очень удобно».

Ричард вернулся в кабинет, заварил кофе и, сев за стол, положил рядом с кружкой овсяное печенье, которое в тайне от всех хранил в ящике стола на случай подобных перерывов. Тишина и вкусная еда поднимали ему настроение. Ричард ценил время между визитами клиентов, потому что мог в этот момент разгрузить мысли и наполниться энергией для работы со следующим человеком. В данном вопросе его восхищала Раиса: она совмещала обязанности нескольких людей, и, в отличие от Ричарда, свои перерывы посвящала не разговорам и кофе, а сайту «Мортема». Ей не нужно было дополнительное время на энергию извне, она вырабатывала достаточно своей и могла легко делиться ею с другими.

Ричарда грела мысль о том, что в его жизни еще есть люди, способные его восхищать. Когда тебя кто-то восхищает, ты стремишься стать лучше. Кого-то могла насмешить идея о том, что смысл жизни в самосовершенствовании, и Ричард считал таких иронизирующих людей счастливыми, потому что самосовершенствование – это последнее, за что держится человек, если у него больше не осталось других смыслов.

Через полчаса дверь кабинета Ричарда отворилась. В нее зашла девушка лет двадцати, очень высокая и худая. Светлые волосы были собраны в аккуратный пучок, на плече висела небольшая вязаная сумка. Ее руки были увешаны кольцами разных форм и размеров. Больше всего в глаза бросался массивный перстень в форме черепа на указательном пальце правой руки. Он выбивался из общего стиля и в целом не шел к ее внешнему виду, но, казалось, имел больше значение для хозяйки.

Ричард почувствовал неприятную боль в груди и, возможно, ему стоило тогда придать этому значение. Ее лицо показалось ему знакомым, но Ричард не мог понять почему.