Хлоя нарочно повертела своим сотовым перед лицом матери.
– Мясорубка для меня уже включена, мам.
– Ну, перестань уже преувеличивать действительность! Да, первые пару дней школьники будут негодовать, но потом всё встанет свои места и вы сами не заметите, как ваша жизнь обретет новый смысл!
– Что за чушь, – вздохнула Хлоя. – Это всего лишь телефон!
– Без которого ваша жизнь обретет новый смысл, – повторила мама. – Кстати, отключай его и давай мне.
– Это уже не смешно.
– Конечно, не смешно! Поэтому, давай сюда.
Хлоя не верила своим ушам.
– Двадцать первый век на дворе! А вы, динозавры, хотите вернуть нас всех в свою эру?
– Хлоя, это просто эксперимент.
– Мама, это просто моя жизнь! В какой момент времени ты решила, что твоя дочь похожа на подопытную крысу?
– Я никогда не считала тебя подопытной крысой, но мысль о том, чтобы лишить молодежь современных средств общения пришла, пожалуй, в прошлом году, когда некая группа ребят из вашей школы тайком сняла мистера Рабиша. Бедняга два месяца посещал психолога после того случая! Ты, кстати, в курсе кто это сделал?
О, да. Хлоя отлично знала, кто придерживал дверь в кабинет директора в тот день и кто наводил камеру на телефоне, чтобы запечатлеть пятидесятилетнего Казанову за самолюбованием. Пригладив свои крашеные черные волосы гелем, Стенли Рабиш встал перед огромным зеркалом напротив своего не менее огромного стола и принялся разговаривать сам с собой.
«О, да, Стенли! – подмигивал он себе, поправляя воротник белой рубашки. – Ты чертовски сексуален, Стенли. О, крошка, не смотри на меня так, словно я – бог. Черт возьми, ты права, детка. Я – бог!»
Влюбленная в него секретарша в тот момент вышла в туалет, а Хлоя ждала её возвращения, чтобы узнать расписание грядущих олимпиад. Она читала книгу на своем iPad, делая вид, что ей совершенно всё равно, чем именно занимались самые несносные, тупоголовые, но несомненно крутые хулиганы старшей школы. Конечно, если рассматривать их с точки зрения знаний и учебы, то не такими уж тупоголовыми они были. Но во всем остальном – дикари богатеньких предков, которым на них, по большому счету, часто было наплевать. В ином случае, их отпрыски вели бы себя иначе и не наводили ужас на каждого, кто случайно попадался им на глаза. А, впрочем, Хлоя понимала, что сильно преувеличивала в этом плане. Но ведь на то была причина!
– Хлоя? – Гретта Уорд вернула дочь на землю. – Так ты в курсе, кто так жестоко поступил с мистером Рабишем?
– Нет, мам, – солгала она, не решаясь отключить свой сотовый. – Да и какая разница? Это было в прошлом году.
– Да хоть в позапрошлом! Мистер Рабишь – одинокий мужчина и нет ничего постыдного в том, что он посещал клуб знакомств. Он занятой человек и выкроил для себя несколько минут, чтобы потренироваться в технике общения. А какие-то негодяи решили пошутить над ним и выложили в сеть то видео!
– Мистер Рабиш – нарцисс.
– Он просто одинокий.
– Ты тоже одинока, но не ведешь себя, как павлин в период брачных игр. А у Рабиша этот период длится всё то время, что я здесь учусь.
– Отключила телефон? – напомнила мама.
– Это смешно, – фыркнула Хлоя, повернувшись к ней корпусом. – Какой идиот выдумал эту чушь?
– Я обязательно передам мэру твои слова восхищения, – улыбнулась Гретта Уорд. – И губернатору Реддоку, который нашел эту идею весьма привлекательной. Кстати, думаю, тебе будет любопытно узнать, кто изначально предложил лишить старшеклассников сотовых теле…
– И знать не желаю! – перебила Хлоя. – Какой-то болван, ясно же!
Гретта Уорд с трудом сдержала смех. Сохранив напускную серьезность, она продолжила:
– Если мы добьемся поставленных целей, то уже в следующем году во всех школах Сноуфорд-Сити учащимся будет запрещено приносить с собой любые средства связи.
– На мне живого места не оставят.
– Почему это?
– Потому что ты – заместитель мэра, мам! – выпалила Хлоя и спрятала лицо в ладонях. – А я – твоя дочь, которая учится в той самой школе, где вы вздумали проводить этот дурацкий эксперимент!
– Помимо тебя в ней учатся как минимум десять человек, чьи родители работают в администрации города. И это, не говоря о том, что среди них есть и сын самого мэра! – хохотнула неунывающая Гретта Уорд. – Расслабься, дорогая. Тебе нечего волноваться. А уж если и полетят камни, то точно не в твой огород. Эдриан Блэк уж точно поставит дебоширов на место и никто не сможет даже пикнуть против нововведения. Умение вести конструктивный диалог, обращая особое внимание на интересы собеседника и при этом не ущемляя собственные, досталось ему от отца, – с чуть заметным придыханием говорила Гретта Уорд. – Воистину, семья Блэков обладает непревзойденным талантом ведения переговоров! Наверняка, искусство красноречия передалось им от прадедов. Иначе, как объяснить этот особый шарм, когда Блэки выступают перед публикой? Не говоря уже о простом общении за чашечкой кофе?
Читать дальше