CrazyOptimistka - Моя [СИ]

Реабилитация действительно давалась тяжело, но не физически, а морально. Он будто бы жил в двух мирах. Просыпаясь, он иногда путался и не отдавал себе отчета, где находится. Он боролся изо всех сил, чтобы сохранить ясность ума, спорил и доказывал всем вокруг, что его воспоминания реальны. Но врач лишь качал головой и тяжело вздыхал, а потом назначал более сильные препараты. Доминик боялся, что сошел с ума.

— Послушай меня, старик, если ты не придешь в норму, ты потеряешь и семью и работу. А твоим домом станет психушка, ты понимаешь это? — Джерри изо всех сил старался помочь другу.

— Но я не могу!

— Я объездил город в поисках того магазина, но на том месте закусочная. А в справочниках нет никакой Александры де Рейвен. И поверь мне, я подключил все связи, чтобы достать ее даже из-под земли. Но в нашем городе таких девушек нет. Дом, мне жаль. — Он потрепал его по плечу и тоже ушел.

Больнее всего было отпускать надежду на то, что они еще когда-нибудь встретятся. Он прогонял из мыслей ее образ, ее запах, ее голос. Джерри был прав, надо было двигаться вперед. И это был лишь сон. Красивый, реалистичный, но все же сон.

Доминика собирались выписывать через два дня, он уже свободно ходил по территории больницы, головная боль прошла. Иногда на погоду ныло ребро, но в общем, самочувствие было хорошим. Он как раз паковал свою сумку, когда краем глаза заметил суматоху в коридоре. От нечего делать, он выглянул в ту сторону, откуда исходил шум.

— Что случилось? — спросил он у проходящего пациента.

— Да говорят, девчонка очнулась после аварии. — Обыденным тоном ответил тот и зашагал дальше.

Авария…авария…его авария. Неприятная мысль проскочила в голове и Доминик нахмурился. А ведь он ни разу не спрашивал за ту девушку, в которую он врезался. Чувство вины накатило волной и Доминик сам того не понимая, пошел к той палате. Вокруг постели суетился врач и медсестра, а когда они отошли, то он увидел миловидную девушку с азиатской внешностью, которая ошарашено смотрела по сторонам.

— Посторонним вход запрещен, — строго сказал врач, как только заметил Доминика. — У нас здесь не театр, смотреть не на что.

— Простите, сам не пойму, зачем сюда пришел, — извинялся Дом и поспешил скрыться из палаты.

Лили с Джеймсом стояли у машины и ждали его с нескрываемой радостью.

— Ну, здоровяк, наконец-то ты вернулся к нам. — Друг пожал его руку. — Сегодня же напьемся в честь такого же события.

— А твоя лапочка будет не против? — Доминик запнулся в конце предложения, как только понял, что вновь сказал не то, что нужно. Но Джерри пришел ему на помощь и заговорщицки подмигнув, ответил:

— Эти лапочки не заменят мне моего лучшего друга, так что могут подождать.

Лили лишь тяжело вздохнула, но ничего не сказала.

— Постойте, я забыл документы, — Дом хлопнул себя по лбу.

— Я завтра могу забрать, — предложила жена.

— Чего мотаться сюда по двадцать раз, это минутное дело.

Он быстрым шагом вернулся к вестибюлю больницы и нажал на клавишу вызова лифта. Прибыв на нужный этаж, он зашагал своей палате и наткнулся на медсестру, которая стояла к нему спиной и поправляла постель.

— Просите, не хочу вас отвлекать, но я забыл папку с документами. Вы ее не видели?

— Ничего страшного, я отнесла ее в регистратуру, — отозвался мелодичный голос. А когда она обернулась, Доминик почувствовал, что мир начал вращаться с бешеной скоростью. На него смотрели те самые синие глаза, которые снились ему по ночам. Синева, которую он думал, что больше никогда не увидит. Не черные, а каштановые волосы аккуратно были собраны в пучок. Стройная и такая же эффектная фигура даже в костюме медсестры. При ее виде, сердцебиение участилось и ему казалось, что сейчас рухнет прямо посреди палаты.

— Вам плохо? — И тут же ее руки коснулись его тела, непроизвольно вызвав дрожь.

— Нет, мне как раз таки очень хорошо. — Доминик не сводил с нее глаз. — А мы с вами случайно не знакомы?

— Как сказать, — улыбнулась она, — я дежурила по ночам и конечно же делала вам все предписанные процедуры и уколы. Но вы были в коме, так что мы знакомы заочно. Я, Алексис, рада познакомится.

То, что она была так близко пугало его и в тоже время, вызывало восторг.

И тут обрывки памяти стали мелькать перед глазами: в больнице он приходил в сознание несколько раз, рядом мелькали какие-то люди. Чье-то лицо склонилась над ним и шептало, что все будет хорошо. Черты смазывались, но цвет глаз врезался в память. Синева штормового моря. Это она принимала участие в его реанимации и это ее образ он запомнил. Все стало на свои места, Доминик улыбнулся.