Трейси Фрейзер - Кинг

Будучи без лифчика и чувствуя себя открытой во всех смыслах, я дернулась прикрыть грудь руками. Посмотрела на пол, чтобы не встречаться с его глазами. Я могла почувствовать взгляд Кинга, скользящий по моему телу. Волоски на моих руках встали дыбом. Соски напряглись.

Губы Кинга изогнулись в порочной улыбке. Он наклонился ко мне и опустил свои руки на мои, убирая их от груди, полностью раскрывая меня своему голодному взору. Он протяжно выдохнул. Его язык дернулся вперед, облизнув нижнюю губу и захватив ее в рот. Спустя, казалось, вечность Кинг покачал головой и издал смешок.

— Сейчас дело касается не меня, — произнес он. У меня сложилось впечатление, что Кинг скорее говорил с собой, чем со мной. — Ложись на живот, — он натянул пару черных латексных перчаток.

— Ты не можешь. Я не могу, — начала я спорить.

Кинг уселся на стул и, оттолкнувшись ногой от пола, покатился ко мне.

— Ты сказала, что хочешь тату, правильно?

— Да, сказала, и я хочу. Но не могу. Не могу, потому что, если…

— Нет. Позволь мне угадать. Ты не можешь, потому что, возможно, это то, чего хочешь ты, но не то, чего хочет она ?

Он не ждал моего ответа. Возможно, из-за знания того, что это было именно то, о чем я собиралась сказать.

— Как же ты не поймешь, что ты и есть она! — прорычал Кинг, вставая так резко, что его стул откатился позади него. — Неужели не видишь? Ты не можешь предугадать все, что хочешь, потому что боишься вспомнить свою жизнь! — Кинг прошел по комнате и выкрутил руки, хрустя пальцами. — Нах*р ту, кем ты была! — закричал он. Вены на его шее начали пульсировать с каждым яростным вздохом. — Будь собой: этой фантастической, потрясающей, чертовски прекрасной… — его тон смягчился, и он прекратил расхаживать, поднимая свой взгляд на меня. — Мы не просто собираемся провести жизнь вместе, помнишь? Мы собираемся жить.

Он медленно приблизился ко мне и опять убрал мои ладони от груди. А сам прижался своей грудью ко мне, выписывая руками круги внизу моей спины, отчего я почувствовала грубость его пальцев на мягкой коже.

— Бл*дь, я люблю тебя такой, какая ты есть, щенячьи глазки, и дело лишь в этом гребаном времени, тогда ты тоже научишься ее любить, — сказал Кинг, оставляя легкий поцелуй в уголке моего рта и воспламеняя во мне тем самым глубокое чувство, из-за которого все мое тело начало слегка дрожать.

Любит?

Я бы снова начала возражать ему, но вместо этого туман желания заставил меня опуститься назад в кресло. Я просто села с открытым ртом, ожидая, когда Кинг сделает следующий шаг.

К моему большому разочарованию, он опустился на свой стул и открыл еще один ящик с инструментами. Кинг достал листок практически прозрачной бумаги, которая была усыпана разноцветными эскизами.

— Вот, — он передал мне листок, пялясь в пол. — Я сделал это для тебя.

Я потянулась за бумагой. Понадобилась минута, чтобы я поняла, что на ней было изображено. Линии были начерчены разными цветами: насыщенно фиолетовым, розовым и синим. Дизайн походил на орнамент, и рисунок сначала напоминал изумительное изображение вьющегося растения, но, если присмотреться поближе, в дизайне была спрятана… Я.

Посередине наброска скрывалась открытая книга, у которой по бокам обложки торчали крылья, прикрывавшие пару розовых кастетов. Дальше, вниз до самого края, вьющимися стеблями растения была изображена надпись: «Я не хочу возвращать свою невинность. Я снова и снова хочу наслаждаться ощущением ее потери».

Дыхание застряло в горле, и я не смогла вымолвить ни слова. Это полностью напоминало меня.

Он должен был быть на мне.

Внезапно все остальное перестало иметь значение, потому что этот мужчина знал, кем я была. Знал не ту, кем я привыкла быть, не какую-то девчонку, которая ждала возвращения, сдерживая течение реальной жизни.

Я пыталась не шевелиться. Хотела ринуться вперед. Все, что имело смысл, было тем, чего я хотела в данный момент, и оно было прямо передо мной.

— Где? — поинтересовалась я, будучи не в силах оторвать взгляд от рисунка.

— Ты мне доверяешь? — спросил Кинг.

— Да, — ответила я без колебаний. Потому что это было правдой.

— Хорошо. Тогда ложись, — Кинг забрал у меня листок и, положив ладонь на плечо, прижал его, опуская меня на стол и ставя колено возле моего бедра. — Теперь будь паинькой, — прошептал он возле моей шеи, — и сползи, бл*дь, назад, — кривая улыбка коснулась его губ.

— Да, сэр, — отозвалась я, не в состоянии больше сдерживать свою улыбку.