Веся Елегон - Дети Солнца

Я пришла в себя примерно минут через пять после того, как дверь за Риткой закрылась, и я осталась в звенящей пустоте квартиры, окружающей меня.

А затем за закрывшейся дверью раздался душераздирающий крик, и я кинулась к ручке. Повернув ее, распахнула дверь и застыла, пытаясь понять, что происходит. А картина была точь-в-точь из фильма ужасов. Окровавленные стены. Оторванная человеческая нога, все еще дергающаяся, валялась в паре метров от меня. Чуть дальше, над кровавым месивом, в котором с трудом можно было узнать человека, склонилось существо. Оно громко чавкало, отрывая куски от вздрагивающего тела.

Я сглотнула, пятясь обратно, но споткнулась и упала навзничь. Мое сознание, вопреки всему происходящему, продолжало отмечать какие-то мелкие детали и делало выводы. На ноге, что валялась сейчас на грязном полу лестничной площадки, была одета красная туфля – Риткина. На монстре, который рвал ее тело, висели остатки знакомого серого костюма, а через деформированную спину была перекинута лямка черной кожаной сумки. Я попыталась отползти в сторону. Я видела, но не хотела понимать.

– Виктор, – имя непроизвольно сорвалось с онемевших губ. Монстр, терзающий тело, замер, а потом медленно развернулся, принюхиваясь. С обезображенного лица на меня уставились темно-синие безумные, но все же знакомые глаза. Монстр вытер рукавом стекающую по подбородку густую кровь.

Я глухо вскрикнула, когда кусок плоти, бывший когда-то нижней частью лица Виктора, отвалился на пол, словно часть порванной резиновой маски, оголяя белую кость и искривленные острые зубы.

Виктор, опираясь на все четыре конечности, медленно направился в мою сторону. Я хотела кричать, но все тело свело спазмом, и я не могла не то что пошевелиться, но и вздохнуть. Только смотрела, как монстр медленно подходить все ближе.

Жар в груди полыхнул с такой силой, что я дернулась и, вынырнув из оцепенения, все-таки вскочила, но было уже слишком поздно. Монстр прыгнул в мою сторону и, размахнувшись, наотмашь ударил по моей голове. Мир рассыпался яркими искрами, а я рухнула в спасительную тьму. Обрадовавшись, что уж не почувствую боли, когда Виктор начнёт свою трапезу.

Мне кажется, мир, окружающий меня, когда-то был другим. Воспоминания таятся на окраине моего сознания, но стоит мне сосредоточиться на них, тут же ускользают. Впрочем, это не сильно беспокоит меня. Не сильно и не всегда. В редкие минуты моего одиночества смутное ощущение тревоги посещает мое сердце. Но я не часто бываю один. Меня почти всегда окружает моя стая. Вместе мы добываем пропитание. Я не могу назвать точную численность соплеменников – те, кто охотятся вместе со мной постоянно меняются. Кто-то из них погибает, кто-то просто растворяется в ночи, но и тем и другим на смену всегда приходят новые. И наша охота продолжается.

Мир, окружающий меня, всегда мрачен и сер. Степень его мрачности колеблется от сумерек, когда без труда можно различать силуэты моих соратников, до абсолютной кромешной тьмы.

Когда наступает тьма – приходит наше время. Вот как сейчас. Азарт предстоящей охоты захлестывает с головой. Несмотря на это, мои инстинкты работают отменно. Почувствовав присутствие добычи, я начал свою гонку и повел притихшую стаю к нечего не подозревающей жертве.

Я кожей ощущаю нетерпение своих братьев. Но, несмотря на нарастающее эмоциональное напряжение, ни один из них не позволит себе выразить свое нетерпение неосторожным звуком или движением. Мы действуем вместе, как хорошо отлаженный механизм, работающий четко и без перебоев.

Я бесшумно преодолеваю препятствия, возникающие передо мной. Ничего не видя, я ощущаю и воспринимаю мир, окружающий меня так, словно он является моим телом. Легко оттолкнувшись ногами от твердой плоти земли, взлетаю ввысь, и только тихий свист от рассекаемого массивными телами воздуха, свидетельствует о том, что моя стая безоглядно следует за мной. Полет был недолгим, зацепившись руками за край выступа, я оттолкнулся еще раз и направил свое тело вверх. Пару раз пришлось повторить эти несложные действия и вот я уже стою на горизонтальной поверхности, находящейся в нескольких десятках метров от земли. Позади меня, прижавшись к полу, замерли в ожидании мои братья.

Передо мной зияет пустота. Там, далеко внизу, на земле, я чувствую присутствие жертвы. От непосредственной близости к ней, жажда, до того тлеющая в моей груди, стала невыносимой. В моем сознании вспыхнуло синее пламя, и огонь, перекинувшись с мыслей на мое тело, распространился по венам, обжигая плоть и даруя неизмеримую силу, расширяя границы моих способностей. Пространство передо мной озарилось синим свечением. Теперь я мог не только чувствовать, но и видеть каков он – мир, окружающий меня.