Даниэла Стил - Ранчо

Усаживая ее в свою машину, он задержал на ней взгляд.

– Мне понравился этот вечер, – признался он.

Она кивнула:

– Мне тоже, Сэм.

– Хочу, чтобы ты хорошо провела время в Вайоминге, – продолжил он, заглядывая ей в глаза. Его мысли были осязаемы, и она отвернулась. Она не хотела, чтобы он стал открывать ей душу, просил то же самое сделать ее или, того хуже, вынуждал признаться в сокровенном. Она полна решимости скрыть свое горе от всех.

– Спасибо, что согласился меня заменить, – сказала она. Переключение с чувств на работу принесло облегчение. Она понимала, что они ступили на тонкий лед. Он сидел рядом в твидовом пиджаке и серой водолазке, такой привлекательный! Ей потребовалось собрать всю силу воли, чтобы не дать волю чувствам.

– Знай: я всегда все для тебя сделаю, – ответил он, не заводя двигатель. Ему хотелось сказать ей еще что-то, но он не знал, какие употребить слова. – Когда ты вернешься, мы поговорим.

Она не осмелилась спросить, о чем. Ей вдруг стало страшно, что сейчас он начнет на нее давить. Будет несправедливо, если это произойдет теперь! Жаль, что их взаимное влечение дало о себе знать так поздно. Раньше она не догадывалась о его отношении, более того, не замечала, как он привлекателен.

– По-моему, кое-что из того, что сегодня было сказано, заслуживает дальнейшего обсуждения, – проговорил он. Можно подумать, что он взялся ее запугивать.

– Не уверена, что ты прав, – тихо ответила она, медленно поднимая голову. Ее глаза были полны неизбывной грусти. Он напрягся, чтобы удержаться и не обнять ее, ибо понимал: сейчас она этого не желает. – Кое-что лучше оставить недосказанным, Сэм.

– Не согласен! – Он впился в нее взглядом, умоляя дослушать. – Ты отважная женщина. Я много раз наблюдал, как ты смотришь в глаза смерти, бросая ей вызов. Зачем трусишь, когда речь идет о твоей собственной жизни?..

Это заявление прозвучало очень странно. Ее охватила паника. Неужели догадался? Но нет, у него не было возможности проникнуть в ее тайну. Образцы для анализов обозначались только цифровыми кодами.

– Не трушу, – печально возразила она. – Я сделала выбор, диктуемый обстоятельствами, не из трусости, а по здравому размышлению.

– Чушь! – Он был теперь слишком близко, и ей стало страшно.

Она отвернулась и стала смотреть в окно.

– Не надо, Сэм. Я не могу... – В глазах у нее стояли слезы, но она старалась, чтобы он их не увидел.

– Скажи одно! – взмолился он, глядя прямо перед собой. Ему так хотелось обнять ее и осыпать поцелуями, но он не делал этого из уважения к ней и ее бредовым соображениям. – У тебя кто-то есть? Ответь честно. Я хочу знать.

Она долго колебалась. Он давал ей прекрасную возможность выпутаться. Требовалось всего лишь ответить, что у нее есть мужчина, но честность не давала ей соврать. Она даже не, купила обручального кольца, хотя собиралась. Зоя покачала головой и снова посмотрела на него:

– У меня никого нет. Но это ничего не меняет. Прошу, пойми! Я могу быть тебе другом, Сэм, но не более того. Все просто.

– Не понимаю! – Он пытался скрыть свое отчаяние, но слишком его удручил ее ответ. – Я не требую от тебя никаких обязательств, а просто прошу ничего не скрывать. Если я тебя не привлекаю, если ты не испытываешь интереса к продолжению отношений, я готов тебя понять, но ты твердишь, что эта часть жизни перестала для тебя существовать. Как прикажешь понимать? Может быть, дело в человеке, которого давно нет на свете? Может, ты по-прежнему по нему тоскуешь?..

Конечно, с тех пор прошло одиннадцать лет, и он счел бы утвердительный ответ неискренним, хотя, с другой стороны, кто он такой, чтобы раздавать оценки? Она опять покачала головой.

– Дело не в этом. Я давно примирилась со смертью Адама. Поверь мне, Сэм, и прими предложение дружбы. К тому же, – она улыбнулась и дотронулась до его руки, – со мной не просто ладить.

– Это точно, – согласился он, включая зажигание. Не ожидал, что она так его заворожит. Конечно, Зоя много лет казалась ему привлекательной, но раньше он контролировал свои чувства и был готов на нетребовательные приятельские отношения. Теперь он сражен наповал и негодует, что она пытается захлопнуть за собой дверь. Одна эта мысль сводит Сэма с ума.

Он вез ее домой, то и дело на нее поглядывая. Она сидела рядом, такая мирная, прекрасная, почти светящаяся, напоминающая святую. Достаточно одного взгляда на Зою, чтобы понять, какая она одухотворенная женщина. Он напоминал себе, что от жизни невозможно ждать исполнения всех желаний, но применительно к Зое эта аксиома выглядела огромной несправедливостью. Остановившись у ее дома, Сэм обошел машину и распахнул дверцу, чтобы помочь ей выйти. Зоя показалась ему невесомым перышком, ее рука выглядела как детская ручонка.