Даниэла Стил - Ранчо

Несмотря на жаркий день, Мэри Стюарт вскипятила чай. Таня присела с горячей чашкой в безупречно белой кухне.

– Чем ты тут занимаешься? – спросила она, озираясь. – Заказываешь по телефону готовые блюда?

– Нет, готовлю сама, – коротко ответила Мэри Стюарт, улыбаясь подруге. Та выглядела раздавленной, но уют благотворно сказывался и на ней. – Просто мне нравятся чистота и порядок.

– Нет, – возразила Таня, – твой идеал – полное совершенство, и не отрицай. Но полное совершенство не всегда возможно, иногда все идет кувырком, и мы не властны что-либо изменить. Тебе необходимо это признать. У меня впечатление, что ты терзаешься из-за случившегося. – Так оно и было, и сейчас Тане больше всего на свете хотелось избавить подругу от мучения, которое явно читается в ее взгляде.

– Разве ты на моем месте не обвиняла бы себя? – тихо промолвила Мэри Стюарт. – Что еще мне остается? Билл тоже меня винит... Он даже смотреть в мою сторону не может. Живем как чужие люди. Даже не враги больше. Сначала были ими, а теперь никто друг другу.

– Он будет на приеме? – поинтересовалась Таня, жалея обоих. В последнее время жизнь обходилась с ними жестоко.

Мэри Стюарт отрицательно покачала головой:

– Он сказал, что будет работать допоздна.

– Прячется от людей.

Подобно большинству смертных, Таня была мудрой провидицей в отношении других и беспомощной в отношении себя, не в силах найти себе подходящего мужа. Таков уж ее удел.

– Знаю, – ответила Мэри Стюарт, направляясь с подругой в гостиную. – Он прячется, а я не нахожу. Ищу повсюду – и все без толку. Здесь живет мужчина, с виду – Билл, только я знаю: это не он – и понятия не имею, куда подевайся настоящий.

– Главное – не прекращать поиски, – с пылом проговорила Таня, удивив Мэри Стюарт своей убежденностью, и добавила: – Пока еще не все кончено.

Каким-то образом Таня чувствовала, что брак подруги стоит того, чтобы за него побороться. Недаром они с Биллом прожили вместе двадцать два года. Шутка ли! Но, с другой стороны, люди расстаются, прожив вместе и еще дольше. Если Мэри Стюарт так и не найдет его, то надо рвать – нечего продолжать за него цепляться. Просто Таня не советовала ей так быстро сдаваться, поддавшись горю. А Билл, конечно, несправедлив, обвиняя жену в разразившейся трагедии.

– К тебе это тоже относится? – спросила Мэри Стюарт. По дороге в гостиную, они миновали одну запертую дверь за другой – Таня заподозрила, что это спальни. – Насчет конца?

– Думаю, мой случай особый, – ответила Таня со вздохом. – Вероятно, брак с Тони с самого начала был ошибкой, и его вообще не стоило затевать. Наверное, конец наступил раньше, просто я отказывалась смотреть правде в глаза, не понимала, каким несчастьем обернется для него вся эта грязь. Что ж, если он сходит от всего этого с ума, я ничего не могу поделать. – Она не переставала его любить, но со свойственной ей проницательностью признавала свое поражение. С самого начала их отношения строились на слишком зыбкой почве, что она давно понимала, но не желала признавать.

Подруги устроились в гостиной и долго беседовали. Через некоторое время Таня встала и отправилась принять ванну. В холле была небольшая туалетная комната для гостей. Таня направилась туда, зажгла свет – и ахнула.

Она поняла, что ошиблась дверью и забрела в комнату Тодда, увешанную призами, картинками и памятными вещицами. Все здесь оставалось на своих местах, словно он вот-вот вернется из Принстона.

– Я больше сюда не захожу, – прошептала Мэри Стюарт.

Таня вздрогнула и оглянулась: она не слышала, как Мэри Стюарт подошла сзади. Взгляд подруги был таким затравленным, что Таня инстинктивно заключила ее в объятия. Напрасно комнату оставили нетронутой – она превратилась в святилище Тодда. Одна мысль о близости этого храма должна была стать для матери невыносимой. На письменном столе стояла чудесная фотография парня с двумя школьными друзьями. Как похож улыбающийся Тодд на мать! Таня не могла удержаться от слез.

– Мэри Стюарт... – пробормотала она, видя, что глаза подруги тоже наполняются слезами. – Прости меня! Я открыла не ту дверь, я не хотела...

Мать парня улыбнулась ей сквозь слезы и сделала шаг назад. Стоя рядом с Таней, она не спускала взгляда с фотографии на столе.

– Он был такой хороший, Танни... Чудесный мальчик! Всегда поступал правильно, всегда блистал. Все хотели ему подражать, все его любили... – Слезы медленно катились по ее щекам. Тане казалось, что юноша с фотографии сейчас заговорит или появится в своей комнате. Увы, обе знали, что этого не произойдет.