Анна Дэвис - Такси!

— Если хотите годика три, а то и пять провести в преисподней — то да. Если хотите каждую ночь видеть во сне карту Лондона, а в день занятий просыпаться в холодном поту, потому что не помните, надо ли выруливать на А404 по дороге из Паддингтона в Уэмбли и не одностороннее ли движение на Уэтстоун-Хай-роуд, — тогда конечно, учитесь на здоровье. Это помешательство, Крэйг. А если нет — тогда просто ничего не выйдет.

— Вот это да. И вы до сих пор все это помните?

— Да нет, конечно. Запоминается только то, что нужно. Остальное — так, фуфло.

Моргун вскинул бровь.

— А это фуфло оставляет время для личной жизни, Катерина?

— О да. У меня хватает времени на пять жизней.

Он негромко рассмеялся. Я хихикнула. Появился официант со следующим блюдом, «Жареная гусиная печенка с виноградом на шифере», как гласило меню. Так оно и оказалось. Гусиная печенка, поданная на шиферной плитке.

Пока мы управлялись с блюдом белых грибов, я выстраивала свою теорию, что же такое Крэйг Моргун Саммер. Парень явно деловой: квартира в Челси-Харбор, официанты в этом дорогом ресторане знают его по имени, костюм, если не ошибаюсь, от Гуччи, золотое кольцо на мизинце левой руки, «Ролекс» на запястье…

Человек с такими деньгами может заполучить любую женщину — даже если на фотомодель сам и не тянет. Так за каким чертом ему охмурять меня — таксистку, которая никаких авансов ему не делала?

— Вам, наверное, очень скучно, Крэйг? — спросила я, заметив, что он опять наполнил мой бокал. — Осточертели хорошенькие блондиночки из Суррея и светские пиарщицы, которые знают толк в вине и бегло говорят по-французски? И невелика беда, что жена узнала про любовницу, а любовница — про жену, все равно обе надоели вам до смерти.

Его губы плотно сжались. Глаза не подмигивали, а скорее мерцали.

— Встречаете вы кого-то вроде меня и говорите себе: она другая. Грубоватая, одиночка, дух может вышибить, если встать у нее на дороге. Вам это понравилось. Показалось занятным. Мы же поэтому сейчас здесь, верно? Телефон вы держали для выкупа.

Попала. Моргун сидел молча, уставившись на грибы в своей тарелке. А потом поднял голову и произнес:

— Мы здесь, потому что глаза у вас цвета первых колокольчиков в весеннюю пору, потому что волосы у вас густые и мягкие, и мне хочется зарыться в них лицом и вдыхать их аромат. Мы здесь, потому что вы ушли той ночью, а я не мог думать ни о ком, кроме вас. Потом я нашел ваш телефон — и счел это знамением. Я думал, у меня есть шанс.

Он сунул руку во внутренний карман пиджака, извлек мой мобильник и положил его на стол.

— Извините, если я вынудил вас прийти сюда против воли. Это никак не входило в мои намерения.

Глаза Моргуна были полны печали и боли. Я этого не хотела. Что я наделала?

Задний ход.

— Слушаете, Мор… Крэйг, на самом деле я вовсе так не думаю. Я просто валяла дурака. Играла. Мы же развлекаемся, верно? Верно?

Он достал бумажник и выложил на стол три купюры по полсотни.

— Этого должно хватить по счету.

— Вы что, шуток не понимаете? — Я сидела как пришибленная.

Моргун замер с открытым бумажником в руках. Посмотрел мне в глаза и слегка вздохнул. Вид у него был такой, будто он вот-вот расплачется.

И вдруг…

— А, попалась! — И он безудержно моргает, оскалив в обезьяньей улыбке неровные, редкие зубы.

— Ну, ублюдок…

Но я смеюсь с ним вместе.

Я снова сидела в такси; теперь дорога вела меня к Стефу. Настроение было хорошее, я барабанила пальцами по рулю и подпевала Томми Винетт, призывавшей по радио: «Держись за своего мужчину!» Классический номер от Королевы Трагедии, которая улыбалась сквозь слезы и плакала сквозь смех.

Должна признаться: ужин с Моргуном мне понравился. Он знал, как повести дело — выбрал классный ресторан, угощал и охмурял меня, изобразил растрепанные чувства, когда я стала заводиться. А о себе почти ни слова не сказал; я понятия не имела, чем он зарабатывает на жизнь, обзавелся ли детьми, какие у него увлечения и интересы, — да мало ли что еще. Все это время мы говорили исключительно обо мне. Моргун спрашивал, а я отвечала. Любой мой вопрос оказывался перевернут и нацелен обратно на меня. Да, умный тип — редкий случай. И галантный к тому же: подал мне куртку, на улице взял под руку, чтобы я не потеряла равновесие со своим сломанным каблуком, и при этом вовсе не старался всячески подчеркнуть свою любезность. Да и никаких закидонов не делал — не зазывал к себе домой и не пытался залезть мне языком в глотку посреди улицы. От мужчин, угощающих ужином, только и ждешь, что Они потребуют чего-то подобного взамен, но Моргун оказался не из таких. Он, по-видимому, считал, что вечер в моей компании уже сам по себе развлечение. Даже не предложил увидеться снова. Что меня абсолютно устраивало.