Барбара Вуд - Танго с Бабочкой

Он схватился руками за подлокотники; его суставы побелели.

— С какой целью?

— Чтобы иметь боеприпасы и остановить тебя, если ты попробуешь организовать этот трюк снова. Дурачить всех тех невинных людей своими уловками! Поэтому я организовала еще одну инсценировку с людьми, которые бы в случае необходимости признали, что все это было мошенничеством.

— Я не верю тебе.

— И Фред Бэнкс. Я перекупила его через месяц, после того как ты привез его обратно в Соединенные Штаты. Он рассказал мне, как ты все разработал, как ты обманул американцев своей шарадой, как ты дал незаконное оружие арабскому королю. И, наконец, «Королевские фермы», Дэнни. Я создала «Королевские фермы» только для того, чтобы ты купил эту компанию. Я присоединила к ней такие вторичные предприятия, как магазин мужской одежды, порнографический журнал, массажные кабинеты, рассчитывая, что ты будешь слишком жадным, слишком занятым и слишком увлеченным собой, чтобы проверить компанию, которую ты купил. И ты ни разу не подвел меня, Дэнни.

Как раз в этот момент включился кондиционер, и тихий гул заполнил тишину. Из отверстий в стенах подул прохладный воздух, мягко раскачивая занавески и охлаждая присутствующих в комнате. Снаружи Лос-Анджелес изнемогал от зноя душного июньского вечера; в вестибюле на первом этаже репортеры ослабили галстуки и промокнули брови, ожидая Беверли Хайленд.

— Ты безумна, — прорычал Дэнни. — Я не должен ничего этого слушать.

Он начал вставать, но опять сел, когда она сказала:

— Ты должен слушать, Дэнни, потому что то, что случится дальше, зависит от тебя.

— Что ты имеешь в виду?

— Все, что произошло в этой комнате, известно лишь нам четверым. Это может остаться так, как есть, и я могу продолжать быть твоим активным сторонником, если ты сделаешь одну вещь.

— Какую?

Она прижимала сумку к себе; ее сердце билось так быстро, что она едва могла дышать.

— Ты должен умолять меня, — спокойно сказала она, — умолять меня помочь тебе, Дэнни.

Он вскочил на ноги.

— Пошла ты к черту.

— Это не спасет тебя. Подумай об этом, Дэнни. Когда я выйду из этой комнаты, пресса попросит меня сделать заявление. Тебе решать, что это будет за заявление. Видишь ли, Дэнни, я могу обелить твое имя. У меня есть доказательство в этой сумке, что тебя оклеветали, что все, что было опубликовано на прошлой неделе, было разработано для того, чтобы уничтожить тебя. Если я передам это прессе, ты станешь героем, Дэнни. Люди увидят в тебе невинную жертву и опять начнут поклоняться тебе, как мученику. Ты поднимешься еще выше, Дэнни. Ничто не сможет тебя остановить тогда. Но… — Она сделала паузу. — В моей власти также уничтожить тебя полностью. Одно мое слово — и мир повернется к тебе спиной, Дэнни, тебя будут проклинать. Что ты выбираешь?

Он посмотрел на Боннера, чье лицо отражало его собственный страх. Тогда он посмотрел на шофера, стоящего у двери. Старик. Охраняет хрупкую женщину.

— Даже не думай об этом, Дэнни, — сказала она. — Насилие не спасет тебя на этот раз. Сделай, как я тебе говорю, и ты выйдешь отсюда реабилитированным человеком.

— Иди ты к черту.

— Я предлагаю вам выполнить просьбу леди, — внезапно сказал шофер, удивляя Дэнни.

— А тебе нечего вмешиваться.

— Я так не думаю, — сказал Маннинг, медленно направляясь к Дэнни. — Итак, я знаю, что происходит в твоей голове прямо сейчас, парень. Я могу читать тебя, как детскую книжку. Ты думаешь, что она все это сочиняет и ты можешь тешить себя надеждой, что легко избавишься от этого. Ты думаешь, она безумна и она не сможет навредить тебе. Так вот, парень, не только она может причинить тебе вред, но и я тоже.

Дэнни фыркнул.

— Ты! Что ты можешь сделать, чтобы навредить мне?

— Ну, — спокойно сообщил Маннинг, — я могу дать тем репортерам ответ на вопрос, который они задавали тебе. Вопрос о том, что случилось с Билли Бобом Магдален.

Дэнни прищурился. Полиция уже задавала ему этот вопрос, и он сказал им, что купил автобус честно и юридически законно у Билли Боба и оставил пьяного старого проповедника в городе, где Билли Боб решил остаться. И полиция поверила ему — не было никакой причины, чтобы не поверить.

— Ты ничего не знаешь о Билли Бобе, — заявил Дэнни.

— Ты думал, что Билли Боб Магдален был стар, когда ты знал его, — сказал шофер Беверли. — Но ему было только сорок три года, когда вы присоединились к нему. Это было тридцать четыре года назад, а значит, ему сейчас приблизительно семьдесят семь лет. И его настоящее имя было не Магдален, а Маннинг. Ну же, разве вы, два красавца, не узнаете меня?