Даниэла Стил - Сестры

— Вы уверены относительно ее зрения? — тихо спросила Тэмми.

— Абсолютно уверен, — сказал хирург-офтальмолог и ушел, а две сестры некоторое время сидели одни, держась за руки, потом обе беззвучно заплакали, оплакивая свою сестру, себя и мать, которую очень любили и которую никогда больше не увидят. Они прижались друг к другу, словно двое детишек, застигнутых бурей. Медицинские сестры старались не тревожить их. Они им сочувствовали, зная, какие несчастья на них обрушились, но и представить себе не могли, как трудно было все это вынести.

Врачи сказали, что Энни в эту ночь не проснется, потому что ей ввели большую дозу седативных средств, необходимых, чтобы избежать малейшего возбуждения мозга, и что сестрам нет необходимости сидеть всю ночь в приемном покое. Непосредственной опасности для ее жизни сейчас не было, а медперсонал обещал позвонить, если возникнут проблемы. Сабрине и Тэмми посоветовали отправиться домой и вернуться утром. Совершенно измученные, они поехали домой. Сабрина не была дома с тех пор, как они узнали о несчастье, да и Тэмми много часов провела в больнице. Не верилось, что это тот самый день, когда они покинули дом, узнав о смерти матери, и отправились разыскивать Энни. День этот тянулся тысячу лет, причем каждый год был такой, что хуже не бывает.

— Как Энни? — спросила Кэнди, когда они вошли в кухню. Она только что проснулась и сидела сонная с Крисом за кухонным столом. Единственная таблетка, которую она приняла, заставила ее проспать все это время. Отец снова лег спать после того, как Крис дал ему вторую таблетку по указанию Тэмми перед отъездом в больницу. Отец обрадовался приезду Криса, и они вместе оплакали Джейн.

— Ничего, — ответила Сабрина, — Она хорошо перенесла операцию, и нас отправили домой. — Они с Тэмми договорились пока не говорить о зрении сестры. Трудно выдержать еще один ужасный удар, тем более в столь поздний час. Они решили лишь на следующий день сообщить о том, что Энни навсегда останется слепой. Чтобы воспринять эту новость, потребуются силы, особенно самой Энни. Ей нужна будет максимальная поддержка с их стороны.

— А как ее глаза? — продолжала расспрашивать Кэнди.

— Пока не знаем, — быстро произнесла Тэмми. — Завтра скажут.

Крис видел выражение ее лица, потом взглянул на Сабрину. Ему не понравилось, как Тэмми это сказала, и не понравилось выражение лица Сабрины, однако он не стал расспрашивать. Кэнди просто кивнула и отпила воды из своей бутылки. По кухне бегали собаки. Крис покормил их и несколько раз выводил гулять. Поскольку Джим и Кэнди большую часть времени спали, делать ему больше было нечего. Он просто тихо сидел, думал или играл с собаками. Он боялся звонить Сабрине и беспокоить, поэтому терпеливо ждал ее возвращения. Если подходить формально, то новости были довольно хорошие. Но Криса что-то настораживало, хотя он ничего не сказал. Он здесь затем, чтобы помогать, а не расследование производить.

Он не задавал вопросов, пока он и Сабрина не остались в ее комнате вдвоем за закрытой дверью. Кэнди в эту ночь спала вместе с Тэмми.

— С твоей сестрой действительно все в порядке? — спросил он, с беспокойством глядя на Сабрину.

Она, помедлив, ответила:

— Что касается мозговой травмы, то все в порядке. Насколько это возможно после операции на мозге.

— А остальное? — спросил он, глядя ей в глаза. Измученная Сабрина села на кровать и вздохнула. У нее даже слез не осталось. Она совершенно обессилела и лишь благодарила судьбу, что Энни все еще жива. Она целый день плакала, и у нее раскалывалась голова.

— Она ослепла. С этим уже ничего нельзя сделать. Если она выживет, то навсегда останется слепой. — Больше она ничего не могла сказать. Трудно представить себе, как будет жить Энни, потеряв зрение. Слепая художница? Как это жестоко!

— Боже мой… Разве об этом сейчас идет речь? Надо считать подарком судьбы то, что она жива. Правда, она может с этим не согласиться, — сказал Крис.

— Я знаю. И это меня пугает. Ей потребуется вся наша поддержка, — вздохнула Сабрина.

Крис кивнул. Это еще было слабо сказано.

— Когда вы намерены рассказать об этом отцу и Кэнди?

— Завтра. Сегодня мы просто не могли собраться с силами. Слишком много горя обрушилось на всех нас, — печально ответила Сабрина. У них даже не было времени погоревать как следует о своей матери, потому что они слишком тревожились за Энни. Но возможно, это было в определенном смысле даже лучше.