Даниэла Стил - Сестры

— Мог бы подождать ради нас, — сказала Сабрина, — и ради мамы.

— Неужели шесть месяцев отсрочки так важны для вас? — спросил он. — Или вы тогда станете лучше относиться к Лесли? Я так не думаю. К тому же это наша жизнь, а не ваша. Я не вмешиваюсь в ваши дела. Не говорю Сабрине, что ей следует выйти замуж, что Крис — отличный парень и что если она хочет детей, об этом пора подумать. Я не говорю Тэмми, что ей следует перестать работать над всеми этими безумными шоу и найти себе приличного парня. Я не говорю Кэнди, что ей следует продолжить учебу. Или Энни, что ей, несмотря на слепоту, нужно найти работу. Ваша мама и я с уважением относились к вам. Мы не всегда соглашались с тем, что вы делали, но мы давали вам возможность совершать собственные ошибки и принимать собственные решения. Теперь вы должны дать мне возможность сделать свои ошибки. Возможно, то, что я делаю, и впрямь кажется безумием. Возможно, Лесли бросит меня через полгода и найдет себе мужчину помоложе, но, может быть, мы будем счастливы всю оставшуюся жизнь и она, когда я стану стариком, будет хорошо ко мне относиться. Это еще предстоит узнать. И я хочу это узнать. Это мне нужно. Она хорошая женщина, и мы любим друг друга. И как бы я ни поступил, вашу мать не вернешь. Она была любовью всей моей жизни, но ее больше нет, а я не хочу оставаться в одиночестве. Не могу. Когда я одинок, я несчастлив. А Лесли скрашивает одиночество, и я ее люблю, хотя и по-другому, не так, как любил вашу мать. Почему бы мне не попытать счастья?

Они слушали его, не прерывая, и в том, что он говорил, был здравый смысл. Кэнди, не говоря ни слова, обняла его. Ей вспомнилось, как Пол говорил в самолете о том, что им следовало бы дать Лесли еще один шанс. А там время покажет. Ради благополучия отца Кэнди надеялась, что Лесли окажется приличной женщиной, пусть даже они ее не любят. Просто им казалось, что отец слишком поторопился с женитьбой.

— Мы любим тебя, папа, — сказала Тэмми. — Мы только не хотим, чтобы ты совершил ошибку и чтобы тебе причинили боль.

— Почему бы и нет? Вы же ошибаетесь. Мы все ошибаемся. Ошибки — это часть жизни. А если уж я совершу серьезную ошибку, то позвоню Сабрине, чтобы она приняла меры, — сказал он, обменявшись улыбкой со старшей дочерью.

— Надеюсь, у тебя все будет хорошо, папа, — тихо сказала она. Было так приятно снова видеть его. Всем им его очень не хватало.

— Я тоже надеюсь. Очень жаль, что вы все расстроены. Я понимаю, для вас это тяжело. Для меня это тоже серьезная перемена.

— Нам придется встречаться с ней, папа? — спросила Энни. Никому из них не хотелось с ней встречаться, но им, почему-то показалось, что он ждет от них этого. Однако он оказался более здравомыслящим человеком, чем они полагали. Он все еще был тем отцом, которого все они очень любили.

— Не будем торопить события, — сказал он. — Сначала нам нужно восстановить наши отношения. Я уж думал, что никогда не услышу ваши голоса, — добавил он. В течение целого месяца он болезненно переживал их размолвку.

— Мы очень скучали по тебе, — вздохнула Кэнди.

— Я тоже скучал, — признался он. Сабрина открыла бутылку вина, и все они выпили с ним, обнялись и пообещали скоро собраться снова. Вскоре отец уехал. Встреча прошла лучше, чем они ожидали. Пусть он женится на Лесли, но его дочери, по крайней мере, снова с ним разговаривают. Он совсем не надеялся, что они встретят ее с распростертыми объятиями или даже увидятся с ней в ближайшее время, но думал, что со временем они привыкнут к этой мысли. Он сказал им также, что в этом году Четвертого июля у него в доме не будет традиционного сбора гостей. Это было бы тяжело для всех, потому, что теперь это не праздник, а годовщина смерти матери. Кроме того, в июле они с Лесли уезжают в Европу. Это было большим облегчением для них всех. Никто не хотел, чтобы в этот день устраивали вечеринку, тем более с Лесли в роли хозяйки дома.

— Что мы будем делать Четвертого июля? — спросила Кэнди.

— Давайте не будем думать об этом сейчас, — разумно предложила Сабрина.

Хорошо уже то, что они снова разговаривают с отцом. Дочери решили отправить им в День святого Валентина цветы и шампанское в Лас-Вегас в знак примирения, который должен понравиться отцу. И все же было более чем странно сознавать, что теперь у них будет мачеха, которая моложе старшей сестры. Такого после смерти матери никто не ожидал. Но ведь даже отец не ожидал этого.

Они все еще обсуждали эту тему, когда раздался звонок мобильника Тэмми. Она понятия не имела, кто мог звонить в такой час. Оказалось, что это Джон Сперри, который приглашал ее завтра на ленч. Она удивилась: