Наталия Рощина - Одержимость

– Ты просто переспала с ним и полна восторга. Все понятно, но в этом нет любви.

– Я люблю его!

– Нет, ты с ним спишь. Это разные вещи. У тебя не любовь, а страсть.

– Страсть быстро проходит, – заметила Маша и опечалилась.

– Глупая ты, Машка. К тому, кто разжег этот огонь, – никогда…

Ответ подруги тогда показался полным противоречий. Чаще Маша слышала обратное: с первым мужчиной торопятся как можно скорее расстаться. Он – страница, которую нужно перевернуть и идти дальше. А вот ей не хочется идти дальше без Андрона. Кажется, у них это взаимно. То, что он привел ее в свой дом, доказывало серьезность его намерений. И пусть она не понравилась его родителям. Она забудет об этом. У них просто не было возможности узнать, какая она замечательная, как она любит их сына. Так сложилось. Но сейчас она здесь, в их доме.

Окружающее великолепие лишило Машу остатков уверенности. Дом, в котором Андрону было так уютно, показался ей ледяным дворцом. Ей никогда не справиться с ролью хозяйки. Дом поглотит ее всю без остатка. Приучит к роскоши. Пройдет время, и она уже не будет понимать, где любовь, а где расчет. Все смешается в яркую, взрывоопасную смесь. Маша испугалась. Кажется, она не готова к тому, чтобы стать хозяйкой этого дома. Все-таки родители Андрона были правы. Между их сыном и ею невозможны отношения.

– О чем ты думаешь? – улыбнулся Некрасов.

– Андрон, это не может быть правдой. – Маша пыталась сохранить остатки былой уверенности.

– Это не сон, милая. – Андрон обнял ее. – Все только начинается. Пойдем дальше.

Первая экскурсия по огромному дому впечатлила ее. Как красиво! Здесь все достойно восхищения, а Андрон так спокоен. Он привык ко всему, что вызывает у нее щенячий восторг. Это его мир.

– Тебе не нравится?

– Очень нравится! – От волнения ее голос дрожал. Ей было страшно. Она здесь чужая, совсем чужая. – Нравится – нет слов.

– А ты подбери, – улыбнулся Некрасов и повел ее на следующий этаж.

– Красиво, как в кино, – пробормотала Маша, выходя из очередной спальни. Какая она по счету?

– Да ты, я вижу, растерялась совсем, – усмехнулся Андрон.

– Честно? – Она улыбнулась дрожащими губами. – Не по Сеньке шапка. Теперь я это кожей чувствую.

– Ну, перестань. Зачем ты так?

– Извини, я очень волнуюсь. Наверное, мне нужно время, чтобы привыкнуть. – Маше не хотелось разочаровать Андрона. – Я справлюсь.

– Не сомневаюсь.

– К хорошему привыкают быстро.

– Привыкай на здоровье. Тебе никто не будет мешать. – Андрон не придал значения ее волнению. – Ты останешься здесь, пока я не вернусь из Лондона. Осваивайся. Потом я приеду, и ты расскажешь мне о своих впечатлениях. Договорились?

– Ты все-таки решил ехать?

– Родители очень хотели этого.

Маша опустила глаза. Она подумала, что это был хороший способ отвадить сына от неподходящей девицы. С глаз долой – из сердца вон. Устыдившись своих мыслей, она покраснела.

– Я должен сделать это.

– И в качестве кого я буду здесь жить? – Голубые глаза смотрят с надеждой.

– Ты – хозяйка. Твое желание – закон.

– Я заменила бы слово «хозяйка» на «сожительницу», тогда все сходится.

– Маша, я думал, мы выше предрассудков.

– Мне будет неуютно здесь без тебя. Давай сделаем так. Сегодняшнюю экскурсию будем считать проведенной на высшем уровне. Я возвращаюсь к себе домой. А потом, когда ты приедешь из Англии, мы вернемся к этому вопросу.

– А в чем вопрос? – Стальные нотки в голосе Андрона заставили Машу сжаться.

Она уже жалела о том, что решила проявить характер. Конечно, она рада остаться здесь прямо сейчас. Она будет ждать Андрона, привыкая к сказочной жизни. Ей страшно, но она распрямит плечи. Ей нужно немного времени. У нее оно будет. Отсутствие Андрона действительно кстати.

– Наверное, я неправильно выразилась… – Маша напрасно искала нужные слова. Паника стерла из сознания все. Голова ее была на удивление пуста. – Что скажут люди?

– Люди? Я не ослышался? Тебя волнует мнение окружающих? С каких пор? Хорошо, я больше не стану повторять моего предложения. – Впервые он был с ней резок. Зачем она провоцирует его? Он и так предложил ей больше, чем положено в их случае. Неужели она этого не понимает?

– Ты никогда раньше не говорил со мной так.

– Как?

– Так, как будто я – твоя вещь. – В ее глазах погасли огоньки. – Оказывается, ты можешь быть безжалостным.

– Я могу быть разным, но одно ты должна понять раз и навсегда.

– Что? Что я должна понять? – мгновенно откликнулась она.