Карли Филлипс - Сердцеед

- Все в порядке. Правда.

- Если не считать, что в тебя стреляли. - Он встал со стула и начал ходить по тесному пространству палаты. - Я не ожидал предательства от человека, которому доверял, - сказал он, повышая голос.

Очевидно, предчувствуя, что ее муж скоро впадет в ярость, Мэдлин подошла к нему, взяла его под руку.

- Да, в Слоун стреляли, но теперь она поправляется. - Она говорила своим обычным успокаивающим голосом, которым она всегда поддерживала Слоун, если ей было плохо, когда она ссорилась с друзьями или обдирала коленки. - Все остальное, это твои проблемы, Майкл. Твои, а не Слоун. Она в порядке. И с тобой все будет в порядке. С нами всеми. Просто надо, чтобы прошло какое-то время.

Слоун приподнялась в постели, но ее плечо тут же запротестовало. Вздрогнув, она спросила:

- Что ты будешь делать с Фрэнком и Робертом?

- Я скручу их в бараний рог, черт возьми.

- Майкл! - воскликнула Мэдлин строгим тоном. Он усмехнулся, несмотря на всю серьезность разговора.

Не обращая на него внимания, мачеха повернулась к Слоун:

- Рик Чандлер арестовал Роберта с револьвером в руках. А Фрэнка взяли и допрашивают в Нью-Йорке. Они уже уволены.

Слоун с трудом сглотнула, зная, как должно быть больно Майклу осознавать все это.

- Им проводили очную ставку?

Он покачал головой:

- Еще нет. Но полиция доложила мне о результатах первого допроса. Роберт трусливо увиливает от ответов, но когда ему сказали, что он попал в тебя, а не в Самсона, он не мог прийти в себя.

- Хочешь сказать, его замучила совесть? - спросила Слоун. - Трудно поверить после того, как он пытался убить моего отца, - пробормотала она. Потом, поняв, что употребила не самое подходящее слово, почувствовала, что по щекам ее разлилась краска, а когда она заметила боль во взгляде Майкла, на глазах ее выступили слезы. - О, папа, извини. Я не хотела…

Он махнул рукой, освобождая ее от извинений:

- Со многими вещами нам предстоит еще свыкнуться. Терминология - последнее, о чем стоит беспокоиться, дорогая, - сказал он, но потом отвернулся и вытер глаза рукавом рубашки.

Слоун прикусила язык. Она не знала, что сказать.

- Ты спрашивала, есть ли у Роберта совесть. Это зависит от того, что ты вкладываешь в это понятие. - Казалось, разговор снова вошел в свое русло. - Он признался, что подстроил взрыв, от которого ты пострадала, хотя, конечно, рассчитан он был совсем не на тебя.

- Итак, угроза миновала. - Слоун с облегчением перевела дыхание.

Майкл вздохнул.

- Ты в безопасности. И Самсон тоже. Думаю, вы уже встречались? - Улыбка появилась на его губах. Слоун знала, что он понимает, как нужна ей его поддержка. Он знал, что она любит его, несмотря ни на что.

- Мы встречались. - Слоун медленно положила здоровую руку поверх повязки.

- Ну и как он тебе? Он не такой, как все.

Она попыталась объяснить, но как описать мужчину, который назвал свою собаку Собакой и разговаривает сам с собой?

- Самсон… странный. Но кажется, он беспокоится обо мне… по-своему.

- Он хотел встретиться с тобой и многим рискнул, придя ко мне посреди выборной кампании. Он хотел встретиться с тобой, несмотря на угрозы Роберта. - Майкл широко развел руками: - Разве мог я отказать ему в этой просьбе? Мне и в голову не приходило, что Роберт и Фрэнк попытаются причинить ему вред. Мой план состоял в том, чтобы огласить всю правду, а потом уже разбираться с последствиями. Но удобного случая не представилось.

Она смогла только кивнуть в ответ.

- Но я могу сказать тебе с уверенностью, что он совершенно безобиден, иначе я не позволил бы тебе приехать сюда, - уверил ее Майкл.

Слоун села прямо - по крайней мере попыталась - и тут же пожалела об этом. Из глаз ее хлынули слезы, а от боли она не могла свободно вздохнуть.

- Ох черт. - Майкл обнял и не отпускал ее, пока боль не ушла.

- Я в порядке, - смогла она наконец прошептать. Он ослабил объятия, но остался рядом с ней и легонько щелкнул ее по носу.

- Я должен следить за всеми своими девочками.

Она улыбнулась сквозь слезы.

Мэдлин сжала руку Слоун:

- Разве я могла скрыть от него, куда ты отправилась? Он бы убил меня. Кроме того, между нами нет секретов.

Глаза Слоун широко распахнулись.

- Да, конечно. Вы храните секреты только от своих детей. Двойной стандарт! - Она пожалела, что ее слова прозвучали слишком саркастично.

В замешательстве она откинулась на подушку и уставилась на давно не ремонтированный, потрескавшийся потолок. Допустим, ее возмущение все еще не прошло, но зачем же быть такой жестокой?