Даниэла Стил - Саманта

«В тюрьме», как сказал сам Тимми.

До чего же безрадостная участь ждет этого шестилетнего ребенка!

Сэм печально посмотрела вслед этому унылому мужчине, который направился к выходу.

— Мы очень рады, что он поступил к нам. И если понадобится, я подержу его подольше. Не важно, будет суд платить за него или нет.

Мужчина кивнул.

— Если у вас будут какие‑то затруднения, свяжитесь с нами. Мы всегда можем подержать его до выхода матери в нашей детской комнате.

— А это похоже на тюрьму? — в ужасе вскричала Сэм.

Мужчина снова равнодушно пожал плечами.

— Ну, немного похоже. А что, по — вашему, мы должны с ними делать, пока их родители сидят в тюрьме? Посылать их в лагерь на отдых?

Самое смешное было то, что именно так они и поступили!

Сэм повернулась к нему спиной и поехала обратно в свой кабинет. Тимми уже вырвал страницу из раскраски и всю ее замазал коричневым цветом.

— О’кей, Тимми. Ты готов?

А где легавый? — Тимми говорил как маленький гангстер.

Сэм рассмеялась.

— Ушел. Он не легавый, а социальный работник.

— Это все равно.

Ну, ладно, давай я покажу тебе твою комнату.

Сэм попыталась подтолкнуть его кресло, но колеса через каждый фут заклинивало, а потом еще и обваливался один бок.

Тимми, как тебе удается ездить в таком кресле?

Он посмотрел на нее со странным выражением.

Я никогда не выезжаю на улицу.

Никогда? — потрясенно переспросила Сэм. — Даже с мамой?

— Она меня никуда не возит. Она много спит. Мама очень устает.

«Еще бы! — подумала Сэм. — Если она употребляет героин, то ее постоянно должно клонить в сон».

— Понятно. Что ж, я думаю, прежде всего тебе нужно новое кресло.

А именно эта услуга и не была у них предусмотрена! На ранчо не было запасных кресел. Правда, Саманта держала в пикапе одно узкое креслице — на тот случай, если ее собственное вдруг

сломается.

— У меня есть кресло, в котором ты временно сможешь ездить. Оно для тебя великовато, но завтра мы достанем новое. Джеф, — Сэм улыбнулась рыжеволосому юноше, — ты не принесешь, сюда мое запасное кресло? Оно в машине.

— Конечно, принесу!

Пять минут спустя он вернулся, и Тимми с комфортом усадили в большое серое кресло. Сэм поехала с ним рядом, помогая вращать колеса.

Проезжая мимо того или иного здания, Саманта объясняла, что в нем находится; потом они остановились возле загона для лошадей, что бы мальчик мог на них посмотреть. На одну лошадь он смотрел очень долго, а потом перевел взгляд на волосы Сэм.

Она похожа на тебя.

— Я знаю. Тут некоторые дети называют меня Белогривкой, так называют лошадей такой породы.

— Ты что, лошадь? — Он на секунду повеселел.

— Иногда мне нравится представлять себе, что я лошадка. А ты ничего такого себе не представляешь?

Он печально помотал головой, и они въехали в его комнату. Теперь Сэм была особенно рада, что догадалась отвести ему именно эту спальню. Она была большой и светлой, выдержанной в желто — голубых тонах. На кровати лежало большое яркое покрывало, а на обоях были нарисованы лошади.

— Чье это? — Он снова перепугался.

— Твое. Пока ты живешь здесь.

— Мое? — Глаза мальчика стали размером с блюдце. — Ты серьезно?

— Вполне.

В комнате имелись письменный стол (без стула), комод и маленький столик, за которым мальчик мог играть в разные игры. У него была своя ванная и особое переговорное устройство, по которому он, если бы с ним что‑то стряслось, мог позвать кого‑нибудь из взрослых, оказавшихся неподалеку.

— Тебе тут нравится?

Он смог лишь произнести:

— Ага!

Сэм показала ему комод и объяснила, что он может сложить туда свои вещи.

— Какие вещи? — недоуменно переспросил Тимми. — У меня нет никаких вещей.

— А разве ты не привез чемодан с одеждой? — Сэм вдруг сообразила, что не видела чемодана.

— Нет. — Тимми посмотрел на свою некогда голубую майку, которая была сплошь в пятнах. — Это все, что у меня есть. И еще мишка. — Он снова крепко прижал к себе плюшевую игрушку.

— Вот что, — Сэм посмотрела на Джефа, затем перевела взгляд на Тимми, — мы сейчас позаимствуем у кого‑нибудь чистые вещи, а попозже я съезжу в город и куплю тебе джинсы и все прочее. Хорошо?

— Конечно. — Однако на мальчика это не произвело впечатления, он был в восторге от своей комнаты.

— Теперь насчет ванны. — Сэм въехала в светлую ванную комнату и открыла кран, предварительно повернув специальный рычажок, располагавшийся так, чтобы ребенку было удобно до него достать, и затыкавший в ванне пробку. Здесь все было рассчитано на инвалидов. А к унитазу с двух сторон были приделаны ручки. Если тебе захочется в туалет, нажми вот эту кнопку. Кто‑нибудь тут же придет и поможет тебе.