Джулия Гарвуд - Жар желания

— О других новостях, — продолжал ведущий, пока Майло заказывал вторую кружку пива. — Член муниципального совета Билл Джексон ушел в отставку, чтобы иметь возможность оправдаться в выдвинутых против него обвинениях. Члена муниципального совета обличили в…

Но Майло уже не слушал.

— Если этот Джексон уволился, значит, в совете появилась вакансия.

Он задумчиво поскреб подбородок.

— Вот чем мне стоит заняться. Политикой. Я стану политиком.

Друг снова похлопал его по плечу.

— Ты настоящий, приятель. Настоящий.

Сэм и Лайра поженились в церкви Святой Агнессы. Венчал их отец Генри.

Лайра думала, что свадьба будет скромной, но к тому времени, как явились все приглашенные, церковь оказалась битком набита родными и друзьями, и если верить Сидни — известными политиками и представителями дипломатического корпуса, включая послов.

И сама церемония, и прием в отеле «Коронадо» прошли, можно сказать, идеально. Лайра считала, что причина в отсутствии ее родителей. Когда Лайра сообщила матери, что Сэм просил ее стать его женой и она согласилась, реакция была вполне предсказуемой.

— О, Лайра, о чем ты только думаешь? Ты, с твоей внешностью, могла бы найти мужа куда лучше простого агента ФБР! А если он охотится за твоими деньгами…

Мнение отца оказалось точно таким же.

— Я уверен, что он тебя любит, но чтобы убедиться в чистоте его намерений, советую перевести твой трастовый фонд на мое имя. Ведь ты же хочешь, чтобы деньги остались в семье Прескотт, поэтому, если…

Когда Лайра наотрез отказалась, возник скандал. Под конец родители пригрозили бойкотировать свадьбу, но, несмотря на все попытки манипулировать дочерью, та твердо держалась на своем и не сдавалась. Мало того, сделала вид, будто ей все равно. Однако втайне была огорчена и унижена тем обстоятельством, что родной отец не соизволил проводить дочь к алтарю, что ему за это не заплатили. Оуэн и Купер были возмущены поведением родителей, но, разумеется, не удивились. Поэтому именно Оуэн выступил в роли посаженого отца. Сидни была старшей подружкой и шествовала к алтарю вместе с Купером. Подружками стали кузина и две приятельницы из Техаса. Шафером жениха выступил его кузен Тристан, а Джек и Алек были дружками. Свадьбу снимали не только приглашенный фотограф, но и репортеры из газет и журналов, толпившиеся за дверями церкви.

Лайре понравились родители Сэма, оказавшиеся совершенной противоположностью ее собственным. Добрые и великодушные, они с распростертыми объятиями приняли ее в семью, предложили устроить в Шотландии прием для нее и Сэма, чтобы познакомить с тамошними друзьями и родственниками. Джиджи тоже обещала приехать.

Медовый месяц молодые провели в Сан-Диего. Месяцем назвать это было трудно, поскольку через три дня Лайре пришлось вернуться в Лос-Анджелес на церемонию награждения. В прошлом семестре ей не позволили участвовать в конкурсе на премию «Далтон», так как из-за смерти Малера она лишилась руководителя. Тем не менее Лайра продолжала работать над детским фильмом и с благословения другого профессора в следующем семестре вновь подала заявку на участие. Она завоевала первое место, после чего получила немало предложений от кинокомпаний Лос-Анджелеса и Нью-Йорка, но отклонила все. Так как не желала ни на кого работать. Она любила свободу, возможность писать сценарии и снимать собственные фильмы. Последнее время она лелеяла идею снять целую серию детских фильмов. Работать она могла везде, что было большой удачей, поскольку через три месяца Сэм увез ее к себе домой, в Шотландию.

Ее муж был кладезем сюрпризов. Прежде всего их дом оказался настоящим замком, выстроенным много веков назад: великолепное, но холодное и неприветливое сооружение. К счастью, их небольшие апартаменты на втором этаже были уютными и светлыми. Поместье, или владение, как называл его Сэм, казалось ей самым прекрасным на свете местом.

Вторым сюрпризом стало известие о том, что Сэм должен унаследовать пару титулов. Как землевладельца, его именовали лэрдом Кинкейдом, но кроме того, он являлся наследником графа Кэрнмара.

Третий сюрприз оказался самым ошеломляющими. Ее нежный любящий муж превращался в жестокого, не знающего пощады воина на поле для регби.

Сидя на холме рядом с родителями Сэма, Лайра с трепетом смотрела матч между командой Сэма и приезжими из соседнего городка. В какой-то момент, увидев Сэма, выбиравшегося из-под груды огромных мужских тел, Лайра стиснула руку свекра: