Джудит Крэнц - Любовники

— Да, конечно. Особенно твои Хэл и Макс. Но я пришла, чтобы…

— Джиджи, как, по-твоему, младенцы управляют тобой?

— Что?

— Управляют. Они не умеют разговаривать, не умеют ходить, но управляют тобой. Держу пари, ты не имеешь ни малейшего понятия, как они это делают.

— Ты не можешь оставить их одних, не позволяешь ухаживать за ними няне и именно поэтому думаешь, что они управляют тобой, — ответила Джиджи, пытаясь восстановить здравый смысл.

— Ошибаешься! — Билли поднялась с дивана. — Так говорят все, потому что они ничего не знают, ничего! — Она понизила голос, и изумленной Джиджи пришлось напрячь слух. — Они управляют тобой с помощью взгляда.

— Конечно, Билли, — быстро согласилась Джиджи. Конечно. Как инопланетяне, высадившиеся на Земле под покровом ночи, Хэл и Макс управляли импульсивной миллиардершей Билли Айкхорн с помощью взгляда. Может быть, извиниться, выйти из комнаты и позвонить Спайдеру? Неужели он не замечает, что у Билли началась как минимум мания, если не настоящее сумасшествие? Или эта одержимость кажется Спайдеру естественной, потому что он такой же ненормальный отец?

— Я вижу, ты мне не веришь, — сказала Билли и откинула волосы — скорее устало, чем нетерпеливо. — Раз так, дай мне синюю книгу с письменного стола.

Джиджи поторопилась исполнить ее просьбу. Книга называлась «Межличностный мир ребенка».

— А теперь слушай, — сказала Билли, пытаясь найти нужную страницу. — Речь идет о развитии детей от трех до пяти месяцев, а именно столько сейчас мальчикам… Ага, здесь. «Ребенок устанавливает взаимосвязь с окружающим миром и управляет окружающими с помощью зрительного контакта…» Что я говорила? Но это еще не все. Слушай дальше: «Они могут отводить глаза, закрывать их и смотреть мимо вас. Сознательное использование подобного взгляда означает, что они недовольны матерью, отстраняются и защищаются от нее». Разве это не ужасно? — мрачно произнесла Билли и продолжила чтение: — «Они по собственному желанию могут возобновлять контакт, глядя на вас, улыбаясь и произнося какие-то звуки». Это единственное, что меня утешает. Они возобновляют контакт… — Билли тяжело опустилась на диван.

— Кто это написал? — подозрительно спросила Джиджи и взяла книгу.

— Знаменитый детский психиатр Даниэль Стерн. Это моя настольная книга. Жаль, что она написана слишком сложно, и я не все понимаю. Ну, теперь ты убедилась, что я права? Хэл и Макс управляют мной, и я ничего не моху с этим поделать.

Джиджи встала, положила книгу на прежнее место и сказала тоном сиделки, разговаривающей с психически больным, который нуждается скорее в поощрении, чем в лекарствах:

— Билли, я уверена, что твои сыновья замечательные мальчишки. Не забивай себе голову всякой чепухой. Но я пришла к тебе по делу. Я ухожу из «Нового магазина грез» в рекламное агентство. Завтра мой последний рабочий день.

— А ну-ка повтори… — Билли оперлась на локоть и слегка приподнялась.

— Перестань. Ты все слышала.

— Джиджи, как я за тебя рада! Это чудесно! Поцелуй меня!

— Ты… не сердишься?

— Конечно, нет! Неужели ты думаешь, что я такая эгоистка? Я была уверена, что ты рано или поздно расправишь крылья и улетишь из гнезда. Джиджи, в твоем возрасте я целый год одна прожила в Париже, потом вернулась в Нью-Йорк, занялась интересным делом, имела множество любовников, а потом вышла замуж за Эллиса, устраивала потрясающие вечеринки… Эллис купил мне изумруды императрицы Жозефины, ранчо в Бразилии, виллу на Барбадосе, меня включили в список самых элегантных женщин Америки… О небо, чего я только не успела, а ведь была младше тебя! Но ты из девушек, которые созревают поздно, и Зак — твое первое серьезное увлечение. Конечно, он мил, но ты… скажем так, не слишком опытна.

— Не надо обо мне, Билли! — воспротивилась Джиджи. — Лучше поговорим о твоих любовниках. Ты никогда не затрагивала эту тему. А можно поподробнее?

— Все это дела давно минувших дней, — рассмеялась Билли. — Сейчас речь о другом. — В ней начала просыпаться обычная энергия. — Я беспокоилась о тебе. Зак часто уезжает, на работе тебе развернуться негде, но ты позволяла вещам идти своим чередом… А теперь… Слушай, потрясающая новость! Что за агентство? То, куда тебя сманивали? «Фрост» и кто-то еще?

— Да, то самое. Арчи Рурк, Байрон Бирнсон Бернхейм-третий и Виктория Фрост.

— Ах да, помню. Дочь Миллисент Колдуэлл. Что она собой представляет?

— С ней я еще не познакомилась. Но ребята просто чудесные.