Инга Берристер - Зачем ты так?

Девушка впервые упомянула о предстоящей свадьбе, но Фелиция не стала проявлять любопытство. Впрочем, Фатима ушла к себе, а Зара, казалось, была склонна к откровенности.

— Сегодня мама купила материю на свадебное платье, — сообщила она. — Но считается, что мне об этом ничего не известно.

— Ты хочешь сказать, что выходишь замуж за человека, которого совсем не знаешь? — с любопытством спросила Фелиция.

Зара бросила на нее негодующий взгляд.

— С чего ты взяла? — Фелиция растерялась:

— Когда твой дядя упомянул о переговорах по поводу твоего брака, я подумала, что его организовали ваши родители.

Зара рассмеялась.

— В какой-то степени это так и есть. Мы с Саудом познакомились в университете. Его семья занимает очень высокое положение в обществе и строго придерживается традиций. Он должен был жениться на своей первой кузине, но к счастью, Рашид узнал, что та девушка любит кого-то другого, и смог убедить родителей Сауда в том, что я буду ему хорошей женой. Дяде пришлось нелегко, потому что у нас считают нарушением традиций отказ жениться на кузине, а если бы девушка не вышла за Сауда, то пятно позора легло бы на ее отца. Наша свадьба состоится очень скоро, но сначала нужно соблюсти все формальности. — Она состроила недовольную гримаску. — Представляешь, мы оба должны притворяться, что не знаем друг друга. Мне бы очень хотелось выйти замуж на европейский манер, но Рашид говорит, что иногда более длинный путь на деле оказывается короче.

Фелиция не знала, что сказать. Она-то думала, что Зару принудили выйти замуж из меркантильных соображений и Рашид ждет от этого брака финансовой выгоды.

— Конечно, семья Сауда запросила очень богатое приданое, — как о чем-то само собой разумеющемся сообщила Зара, приведя Фелицию в еще большее замешательство. — Но Рашид был очень щедр. Ты должна попросить маму показать тебе наш семейный свадебный сундук, гае лежат подарки всех десяти поколений невест. Туда положат и дары Сауда. — Зара взглянула на часы. — Ой, как мы заболтались. Извини, мне пора заниматься.

Девушка поспешно ушла, а Фелиция выглянула в темневший за окном сад.

Значит, она неправильно поняла мотивы Рашида — по крайней мере, в том, что касалось Зары. Видимо, этот человек привык пользоваться обходными путями. Что же он затеял, пригласив ее сюда?

Она направилась во внутренний дворик, привлеченная его гостеприимной тишиной и свежим воздухом. На улице было прохладно, но музыка фонтанов звучала так призывно, что девушка невольно сделала несколько шагов к мраморной чаше, в которую низвергался журчащий водопад. Проходя мимо вольера с умолкнувшими птицами, Фелиция тихо вздохнула. Она чувствовала себя такой же пленницей, как и они, только стенами ее клетки были средневековые обычаи и враждебность.

— Мисс Гордон!

В темноте бархатной ночи возникла неясная фигура. Услышав свое имя, Фелиция ощутила неясный страх и дурные предчувствия. Ей захотелось убежать. Неслышными шагами Рашид пересек двор и остановился рядом с ней. Девушка искала одиночества и никак не ожидала кого-нибудь встретить. Подавляя свой страх, она холодно произнесла:

— Простите, я вас не заметила. Зара сказала, что вы уехали.

— Это правда, — кивнул он. — Но, вернувшись, я, так же, как и вы, вышел во двор на сладиться тишиной.

Фелиция решительно повернула к дому, но его пальцы внезапно сжали ее плечо, заставив остановиться.

— Я рад, что мы можем поговорить наедине, — медленно проговорил он. — Фатима сказала мне, что Зара собиралась сегодня днем показать вам город, но мое появление нарушило ее планы. — Фелиция молчала, и он холодно продолжал: — В конце недели я смогу загладить свою вину. Вы, конечно, знаете, что пятница у нас священный день, но любой другой я готов освободить для вас.

Фелиция подумала, что вряд ли ей захочется ходить по городу под осуждающим взглядом Рашида.

— Я не хочу утруждать вас, — быстро сказала она. Вероятно, даже слишком быстро.

Его сильные пальцы больно сжали ее плечо.

— Вы, кажется, собираетесь спорить со мной? — спросил он. — В английском языке есть выражение, которое точно совпадает с арабским. Речь идет о протянутой оливковой ветви. — Он помол чал. — Мне понятно, почему Зара так привязалась к вам. Я ведь не предупредил ее о том, к какому типу женщин вы принадлежите. Ей будет больно узнать, что мы враги. Скоро она покинет нашу семью, и я не хочу, чтобы ее последние дни в родном доме были омрачены нашей враждой.