Инга Берристер - Дочь Севера

Решив не терять даром времени, она заказала по телефону такси, быстро надела белые льняные брюки и свободную хлопковую рубашку и вышла из комнаты.

Снаружи светило яркое полуденное солнце. Надевая солнечные очки, краем глаза Амели заметила громадину черного лимузина, остановившегося всего в нескольких метрах от нее. Немедленно началась суматоха, четверо служащих подскочили, чтобы открыть двери машины. Из недр лимузина появились несколько степенных и важных мужчин в бурнусах. Глядя на разворачивающуюся перед ней картину, Амели внезапно напряглась, а затем сильно потрясла головой. Всего на секунду ей показалось, что среди этих мужчин был человек, как две капли воды похожий на Лейна!

Глупости! Моя голова так занята мыслями обо всей этой истории, что мне уже чудится всякое, мрачно подумала она и направилась к ожидающему ее такси.

Амели так много времени провела в музее, что, когда вышла на улицу, солнце уже село, и снаружи царил фиолетовый полумрак. Она глубоко вдохнула прохладный воздух, и в голове, переполненной впечатлениями от только что виденного, слегка прояснилось.

Она была поглощена всем тем, что видела в музее, потому что это была не просто часть прошлого Марокко, но и часть ее собственного прошлого, ее истории. Внутри музея Амели в первый раз призналась самой себе, что в ее крови есть часть крови бедуинов, она почувствовала ее тихий зов. В первый раз в своей жизни она поняла, что ей нужно знать больше об этой стране, и не только ради матери, но и ради себя самой.

В дуновении воздуха был слабый запах, который заставил ее поднять голову и посмотреть в сторону пустыни. Это был запах ее прошлого, ее судьбы. Этот запах вдыхали ее предки, которые бродили по этой земле, когда Клеопатра правила Египтом, и когда Марко Поло только начинал свое путешествие по Великому Шелковому Пути.

Не задумываясь о том, что делает, Амели сошла с дороги, набрала пригоршню песка и позволила ему медленно просочиться сквозь, пальцы. Моя страна…

Ее глаза наполнились слезами, и она сердито смахнула их рукой.

Сзади нее прошла большая и громко разговаривающая группа туристов. Очарование было нарушено. Амели почувствовала, что голодна и очень устала. Она подошла к дороге и остановила проезжающее мимо такси.

Амели стояла у входа в ресторан и неуверенно осматривала зал. Она заказала столик в итальянском ресторанчике, и только сейчас поняла, что будет здесь единственной женщиной без спутника. Но ведь Танжер — безопасный и гостеприимный город, напомнила она себе.

Амели была одета в маленькое черное платье. Вырез подчеркивал красоту и изящество ее плеч и шеи, а простой золотой браслет оттенял тонкость рук. Раньше он принадлежал маме, и Амели прикоснулась к нему, чувствуя успокоение. Она не привыкла есть на людях в одиночестве, но ужинать в своей комнате ей совершенно не хотелось.

Зайти сюда ей рекомендовал служащий в отеле. Он убедил ее, что до ресторана совсем недалеко: пять минут пешком или десять на гондоле, в объезд, если ей хочется прокатиться.

Гондола? Нет уж, она напомнит мне о прошлом вечере и о Лейне, подумала Амели и нахмурилась. Весь день она была как на иголках, ожидая звонка Лейна, но он так и не позвонил.

Может быть, он нашел кого-то еще, с кем можно с большей пользой провести время, и в финансовом, и в сексуальном смысле? Ведь стоит ему только свистнуть, и появится целая толпа обожающих женщин.

Служащий отеля был прав, ресторан действительно оказался близко. Для того, чтобы сюда попасть, Амели всего лишь свернула за угол и оказалась в уютном дворике. Множество больших и маленьких фонтанчиков наполняло воздух мелодичным журчанием. Струя воды неожиданно поднялась в воздух и рассыпалась на мелкие брызги под радостный визг детворы. Амели улыбнулась и вошла внутрь.

Помня о том, что вчерашний французский ресторан был словно по волшебству перенесен с парижской улочки, она ожидала, что и итальянская траттория будет кусочком гостеприимной Италии. Так и оказалось. Все, начиная от музыканта, расхаживающего между столами и наигрывающего на скрипке веселую танцевальную мелодию, и заканчивая услужливым официантом, который препроводил ее за столик и торжественно вручил меню, было по-настоящему итальянским.

Полчаса спустя, когда Амели расслабилась, уютно устроившись за своим столиком и потягивая вино, дверь Открылась и в ресторан ввалилась толпа громогласных молодых людей. Подобное поведение она уже видела раньше и поняла, что молодые люди изрядно навеселе. Эти не лучшие представители матушки Европы в данный момент перестали быть людьми и стали стадом, а всякое стадо опасно.