Фэй Уэлдон - Сын президента

Cris de joie. С тех пор, как я потеряла зрение и вернула мужа, мне кажется, что они разносятся по всему свету. В них нет ничего хорошего, ничего плохого, просто они все время звучат вокруг меня. Когда я была зрячей, я их никогда не слышала… И все долины огласятся хвалой тебе, Господи! Что еще мог иметь в виду псалмопевец? Блеяние овец на желтых месопотамских холмах? Нет. Думаю, он тоже слышал cris de joie, которые почти всегда, хоть и не совсем, осушают слезы, вызванные мукой и страхом, которые за ними следуют.

Посмотрим, как все это выглядело. «Конкорд» — огромная, белая, когтистая птица, прямо из мифов и легенд, выкатившийся из ангара на бетонированную площадку. Вокруг него толпятся газетчики, служащие авиалинии, заправилы авиапромышленности, сотрудники рекламных агентств, фотографы и кинооператоры. Все они считают, что птица эта, так сказать, их личный голубь, и удивляются присутствию остальных. Пассажиры собрались в сконструированном по последнему слову техники салоне-люкс; потягивая напитки и грызя сухарики, они стараются скрыть свой страх (в большинстве случаев) и (гораздо реже) естественное волнение. Женщины сделали свежие прически, мужчины надели новые костюмы с иголочки, чтобы соответствовать новой эре сверхзвуковых полетов и поздравить с успехом британскую авиационную индустрию. Французы претендовали на долю в этом достижении, но их претензии остались без внимания. Солнце сияет, небо покрыто прозрачной дымкой, жарко, выхоленные лица раскраснелись и блестят от пота.

Среди пассажиров находится Дэнди Айвел, сенатор от Мэриленда, самый молодой член сената Соединенных Штатов за последние двадцать два года. Он уже много лет занимается изучением англо-французских военных отношений после второй мировой войны и нашел время слетать в Лондон, в библиотеку палаты лордов, чтобы познакомиться с перепиской Джо Кеннеди и Бивербрука, которая там хранится. Сейчас он возвращается домой.

Джо Мэрфи и Пит Сикорски сидели в зале ожидания первого класса панамериканской линии; их не допустили на «Конкорд». — Минувшие три месяца они всюду сопровождали Дэнди и были занесены в платную ведомость все еще засекреченного комитета, развернувшего кампанию за избрание Айвела президентом. Даже Дэнди не знал, что он существует. В этой кампании участвовали владельцы скаковых лошадей, бизнесмены, политики, адвокаты и бухгалтеры, объединенные мыслью, что Дэнди, — тот самый человек, которого они желают видеть президентом. Не просто возможный кандидат, или наименее неугодный, или имеющий шансы быть избранным, нет, они испытывали искреннее желание, чтобы президентом стал Дэнди, и никто другой. Он отвечал их моральным правилам и поднимал их дух. Вселял в их сердца радость. У него был шарм. Когда он шел по улице, все глаза устремлялись ему вслед.

Дэнди был из тех людей, кого молодые хотели бы иметь отцом, а старые — сыном. Видный, надежный, умный, целеустремленный, честный, приверженец евангелической церкви — с ним просто приятно быть в одних рядах. Обведет вокруг пальца, если нет другого выхода, но только в таком случае. Возможно, ему недостает хитрости, порой он опрометчив, порой упрям, — но разве это не говорит о том, что он настоящий лидер?

Все это было преподнесено Питу и Джо Гарри Максуэйном, главой комитета Айвела. Кандидат в президенты, — сказал он, — должен быть похож на носовой платок, только что из стирки. Как его ни поверни, он должен оставаться чистым и свежим. Органы безопасности в Америке, — сказал Максуэйн, — имеют лучшие в мире способы надзора; они могут смешать с грязью кого угодно, хоть папу римского. Пит и Джо обязаны следить, чтобы к Дэнди не пристала никакая грязь и не причинила ему вреда. Пит и Джо опытные агенты, они сообразят, что надо делать. В конце концов, Пит работал в ФБР в последние безумные дни правления Гувера, Джо раньше служил в ЦРУ. Оба входили в лобби, завалившее законопроект о запрещении носить оружие. Каковы именно их обязанности в отношении Дэнди, не уточнялось: это оставляли на их усмотрение. Таков был метод работы организации, которая поддерживала Дэнди. Она тщательно подбирала своих членов, а затем предоставляла им инициативу. Людям с хорошей репутацией и добрыми намерениями можно дать возможность самим принимать решения, не так ли?

— Вы — «создатели царей», — сказал Гарри Максуэйн, глядя в окно на уходящие вдаль холмы и грозовое небо — красота, которой такие, как он, имеют возможность владеть единолично и не выпускать из рук. — Это все, что вы должны помнить. Перед нами великая задача. От нас зависит, кто займет президентский пост. Народ Израиля пришел к пророку Самуилу и сказал: «Дай нам царя». Так он и поступил. Люди думают, что им нужен президент, но на самом деле им нужен царь. Это сказано в Библии. Быть по сему!