Мариус Габриэль - Авантюрист

Тереза не пошевелилась. Майкл молча смотрел на нее некоторое время.

Пока его не тронула за руку Девон:

— Папа. Нам нужно поторопиться.

Она что-то вынула из кармана. Раздался щелчок. Это была небольшая пластмассовая зажигалка.

Неожиданно Ребекка оттолкнула от себя Терезу со всей силой, какую имела, и выкрикнула:

— Беги, Тереза! Беги отсюда. И приведи Райана. Беги!

Девочка замешкалась, поднимаясь на ноги.

— Поскорее, — прошептала Ребекка.

— Никакого Райана она сюда не приведет, даже если бы ей удалось убежать, — заметила Девон прозаическим голосом. — Ее папочка оперирует и прибудет сюда только спустя много часов. — Она толкнула Терезу. — Все кончится очень скоро. Увидишь.

Ребекка увидела, как тело Терезы судорожно дернулось. Она издала крик, который, казалось, должен был разорвать ее легкие, и метнулась к Девон, вцепившись в зажигалку.

— Нет!

Застигнутая врасплох, Девон поняла руки, чтобы защитить лицо от ногтей Терезы. Продолжая кричать, та ухватила ее за руку и повисла на ней.

— Нет!.. Нет! Нет!

— Девон, — крикнул Майкл, — подожди!

Та обернулась и выронила зажигалку.

Майкл схватил Терезу за волосы и встряхнул, как тряпичную куклу. Но Тереза дралась как одержимая, изворачиваясь топким телом, ударяя сухими кулачками Майкла куда попало.

— Хватит! — проговорила она, задыхаясь. — Оставьте ее в покое!

Девон быстро нагнулась и схватила зажигалку.

— Прекрасно. Вот она.

Щелкнув зажигалкой, Девон швырнула ее на ближайший тюк сена. Бензин вспыхнул с легким треском, а затем почти сразу же, заглушая крик Терезы, загудело пламя. Оно было желто-голубое и весело прыгало по тюку, затем, словно живое существо, метнулось к следующему, а потом к следующему. И вот уже вокруг них начало образовываться рычащее кольцо.

Ребекка беспомощно наблюдала за радостной пляской огня и вдруг увидела, как топкие окровавленные руки Терезы ухватились за рукоятку пистолета, торчащего из-за пояса Майкла. Через мгновение оружие было в ее руке, но, выскользнув из пальцев, покатилось по полу. Самое удивительное, что Майкл, кажется, этого не заметил. Ребекка сделала над собой нечеловеческое усилие и сдвинулась с места. А затем поползла, волоча раненую ногу, которая казалась ей тяжелейшим бревном. Каждое движение отдавалось невероятной болью. Как будто по темени били огромной кувалдой.

Она ползла к пистолету.

Вот, вот, он уже совсем близко. Девон увидела, что она делает, но в самый последний момент. Она ринулась к Ребекке и начала яростно бить ногами, один раз даже попала по лицу. Но поздно. Пистолет был уже у Ребекки в руках. Она выставила его вперед и, инстинктивно закрыв глаза, жадно, с наслаждением надавила на курок.

Отдача подбросила руку вверх, пистолет упал на пол, в ушах зазвенело. Она открыла глаза. Девон продолжала стоять, застыв в нелепой позе. А вот Майкл медленно оседал на пол. Ребекка увидела, что на его груди расплывается кровавое пятно.

— Папа! — завопила Девон и бросилась к нему.

Тереза подбежала к Ребекке и схватила ее за руку.

— Вставай, — закричала она. — Вставай!

Огонь бешено мчался по тюкам. Сухое сено горело, как порох. Языки пламени уже поднимались к самой крыше, и жара становилась непереносимой. Волосы и одежда Ребекки были пропитаны бензином. Она могла запылать в любую секунду.

Случилось чудо. Ухватившись за тонкую руку Терезы, она заставила себя подняться. Раненая нога была совершенно бесполезной. О том, чтобы опереться на нее, не могло быть и речи. Тереза приняла на себя большую часть веса Ребекки и, обняв ее за талию, медленно потащила к двери.

Их продвижение вперед было мучительным. Ребекка чувствовала, как хлещет кровь из раны, причем с каждым шагом все сильнее и сильнее, и понимала, что не дойдет. Нужно спасать Терезу.

— Иди, — с трудом выдавила она, пытаясь оттолкнуть от себя Терезу. — Иди, Тереза. А я следом.

— Нет, — произнесла задыхаясь Тереза. — Я тебя не оставлю.

За их спинами ревел огонь, дым ел глаза, но они двигались вперед, почти наугад, ощупью. Но двигались. И вот он наконец, этот спасительный дверной проход. Они вывалились на прохладный свежий воздух, ослепленные солнечным светом.

Ребекка почувствовала на себе руки Терезы. Та пыталась стянуть с нее рубашку. Отлетали пуговицы, рвалась материя, холодный ветер студил облитую бензином кожу. Тереза возилась с ее джинсами, пытаясь стащить и их. Боль в бедре была настолько ужасной, что Ребекка начала обмякать.