Даниэла Стил - Моменты

— Но не лучше было бы и для тебя и для дела, если бы кто-то еще разделял твои чувства? Чего ты боишься, Элизабет?

— Потерять единственное, что у меня осталось из связанного с Майклом.

— И что же это?

— Надежда.

— Ты меня удивляешь.

— Почему?

— Я никогда раньше не подозревала, что ты способна избрать такой малодушный выход.

Элизабет подтянула колени повыше и крепко прижала их к груди.

— У меня никогда ничего не было, и мне страшно его потерять.

— Неужели Майкл значит для тебя так много?

— Даже еще больше.

Элизабет въехала на автомобильную стоянку при винодельне. Это был первый рабочий день в новом году, и она была полна решимости начать его в бодром настроении духа, несмотря на несколько неудач на предыдущей неделе. Коллекция сигаретных коробок Амадо принесла ей не так много, как она рассчитывала, да и драгоценности были проданы за половину того, что она ожидала.

Самой же плохой новостью было решение судьи дать ей на сбор денег всего три месяца вместо шести, о которых просил Джеймс Уэбстер. Сандерс Митчелл, адвокат Фелиции и Эланы, удачно возразил, что поскольку, мол, дата заседания суда уже и так была отсрочена на три месяца, то предоставлять Элизабет еще и дополнительные полгода совсем ни к чему. И к ужасу Джима, судья с этим согласился.

Едва Элизабет открыла дверь в свой кабинет, как телефон приветствовал ее звонком.

— Элизабет Монтойя слушает.

— Я пыталась дозвониться тебе домой, — сказала Алиса, — но Консуэла ответила, что ты уже уехала.

— Бабушка, — Элизабет мельком посмотрела на часы. Даже с учетом разницы во времени, в Канзасе еще было рано. — Что-нибудь случилось?

— Сама не знаю. Пару минут назад мне звонил Джордж Бенсон. Он сказал, что вчера в школе был какой-то мужчина и расспрашивал про Элизабет Престон.

Элизабет похолодела.

— А с кем он разговаривал?

— Ты имеешь в виду, кроме Джорджа?

— Да.

Но это не имело значения: ведь любой житель городка мог бы рассказать ему о трагическом несчастном случае с семьей Престон. Пятнадцать лет — отнюдь не достаточное время, чтобы стереть память о потере самых выдающихся граждан этого городка.

— Не знаю. Джордж боялся расспрашивать этого мужчину слишком подробно. У того могли возникнуть подозрения.

— А мистер Бенсон знает, кто он такой?

— Какой-то частный детектив из Канзас-сити.

— А он случайно не упоминал, кто его нанял?

— Джордж спрашивал, но детектив ему не сказал.

Элизабет сглотнула застрявший в горле ком, грозивший удушить ее.

— А какого рода вопросы он задавал?

— Ну, совсем общие, пока не выяснил о том несчастном случае.

— И что потом?

— Он захотел увидеть годовой отчет за тот год, когда ты закончила школу.

— И мистер Бенсон дал ему отчет?

— Джордж сказал ему, что придется поискать в кладовой, а на это, мол, уйдет неделя или того больше. А детектив сказал, что он еще вернется.

— Это же было так давно… Я никогда не думала…

Элизабет прикрыла рукой глаза. Ей необходимо время, чтобы подумать, попытаться уяснить смысл происходящего. Но время — самый драгоценный товар.

— Джордж просил меня передать тебе, чтобы ты о нем не тревожилась, что он хорошо знал, что делал, когда помог тебе тогда… Словом, он с тех пор ни разу об этом не сожалел.

— Я собираюсь позвонить Джиму Уэбстеру и узнать, не может ли он сделать что-нибудь.

— Дай мне знать, если у тебя будут какие-нибудь новости.

— И ты тоже.

Элизабет попрощалась и потянулась за своей телефонной книжкой. Она уже почти набрала номер Джима Уэбстера, когда сообразила, что в это время большинство людей как раз начинают выбираться из постели.

— Черт подери! — громко сказала она вслух. — Почему же именно сейчас-то?

Она посмотрела на бумаги, лежавшие на ее рабочем столе. Конечно, сейчас она сможет сосредоточиться на графиках перевозок и росте урожая в расчете на гектар. Но, с другой стороны, она сойдет с ума, если не сделает что-нибудь, способное отвлечь ее до тех пор, пока Джим не явится на работу. Только не сидеть и не прокручивать в голове немыслимые варианты.

Спустя пять минут она уже была в пути, держа курс к дому Джима Уэбстера. Она хотела попытаться перехватить его, пока он еще не ушел на работу. На ее стук дверь открыла Мэнди, жена Джима, явно удивленная зрелищем Элизабет в столь ранний час.

— Элизабет, как приятно…

— Мэнди, извините, что я вламываюсь к вам, но мне нужно видеть Джима. Он случайно еще не уехал?