Трейси Митчелл - Стерва

Элис чувствовала какую-то странную собранность, будто готовилась к прыжку. Она не желала расслабляться, ей нужно максимально сосредоточиться… но почему?

У нее не было ответа. Только странное предчувствие надвигающегося тумана. Но ей не хотелось об этом думать. Она знала, что собирается сделать в данный момент. Достать свое платье.

Джери уже начинала нервничать. Десять минут десятого, а эта клуша только встала и никак не выйдет из своей комнаты — бродит там, бродит… С ума сойти можно. Машину Тревиса она заметила сразу. Он давно уже здесь, это даже хорошо. Почему же ей так не по себе? Алекс ушел, ее матери в это время дома не бывает — она отдает распоряжения прислуге в восемь часов и уходит до одиннадцати… а то и до двенадцати. Все вроде бы отлично… но в то же время…

Одно дело — спланировать, а другое…

Она никогда не видела мертвых, только в кино… что за странные мысли? Джери сама себя не узнавала.

Подойдя вплотную к тому, что задумала, она вдруг спасовала. Не то чтобы боялась попасться — нет, не это ее пугало. Она вдруг представила Элис мертвой…

Раньше это казалось легко. Элис была просто препятствием, которое она мысленно устраняла, и все становилось на свои места так, как ей того хотелось — возникала стройная картинка без Элис. Ей казалось, что все очень просто…

Как будто бы Элис уехала или вроде того…

Уехала, чтобы уже никогда не вернуться.

Но ведь ей предстоит увидеть ее мертвой… она представила лишенные жизни глаза матери… Алекса…

Да Бог с ним, с этим старым боровом, но ее мама…

Бренда любит Элис не меньше, чем ее саму. Иногда ей даже казалось, что больше…

Впервые Джери подумала об этом безо всякой ревности. Ее мысли о матери не омрачало ничто. Она просто представила себе эту картину — Бренда, окаменевшая от горя… вынесет ли она…

Джери вдруг захотелось кричать, она зажмурилась и закрыла уши руками, будто боясь услышать вопль, который чуть не вырвался у нее изнутри.

Некоторое время она просидела молча, слушая стук собственного сердца, — так сильно оно вдруг забилось.

В соседней комнате послышались шаги.

Джери открыла глаза.

Алекс Китон никак не мог дозвониться домой. Бренда будто сквозь землю провалилась. А почему прислуга не отвечает? У него было ощущение полного вакуума, словно он вдруг провалился куда-то… В кабинет вошла Агги.

— Шеф, я увольняюсь, — заявила она капризным тоном.

— Что у тебя еще случилось? — раздраженно буркнул он.

— Никто здесь со мной не считается. Вы, как я слышала, собираетесь жениться… а ваша дочь…

— Агги, давай перейдем к делу, — перебил он, не желая в очередной раз выслушивать идиотские причитания. — Тебе предложили другое место?

— И с лучшей зарплатой. Но если возражаете, — она кокетливо надула губки, — то я останусь.

— Нет-нет, — нетерпеливо отмахнулся Алекс, — давай сразу же все уладим. Он только обрадовался предлогу отделаться от нее.

— Пупсик… какие мы сегодня сердитые! — Она обвила руками его шею. — Ну поцелуй меня… я же пока не ушла…

— Агги… если ты так решила, я не стану тебя отговаривать. — Он отвел ее руки. — Ты знаешь, что я не ангел, но никогда тебе ничего не обещал.

— Значит, ты правда любишь эту свою… Бренду…

— Я люблю Бренду. Очень люблю. Мне понадобилось много лет, чтобы понять, кто она для меня. И я никогда ее не обижу. Пусть это останется в прошлом.

Агги встряхнула копной длинных светлых волос.

— Ну что ж… раз меня здесь не ценят…

Она выплыла из кабинета.

Алекс облегченно вздохнул.

Зазвонил его сотовый телефон. Ну наконец-то! Кто-то из домашних… Он нетерпеливо нажал на нужную кнопку.

Элис вышла из своей двери в пятнадцать минут десятого. Джери, как мышка, выскользнула из соседней комнаты и прокралась в спальню подруги. Бутылка была открыта. Значит, Элис уже отхлебнула… это все упрощает.

Джери подошла к двери и прислушалась. Полная тишина — и в коридоре, и на лестнице. Оставалось только быстренько сделать свое дело и улизнуть. Записка Элис Тревису была у нее в кармане.

Джери провернула фокус с бутылкой, следя за тем, чтобы та не сдвинулась с места ни на дюйм. Затем, внимательно прислушиваясь к каждому шороху, спрятала пустую упаковку с лекарством в том месте, которое заранее для себя наметила. Оставалось только одно.

Джери выдвинула ящик, где хранились письменные принадлежности Элис и ее дневник, и положила туда записку.

Она выпрямилась и вздохнула. Ну, кажется, дело сделано. В доме ни звука. Ей повезло.