Джин Дейл - Фейерверк

— Джесси… — Ее голос предательски дрогнул.

— Я знаю, знаю.

Он так неожиданно сжал кольцо своих рук, что она ахнула. Его губы коснулись ее головы — и он вдруг отпустил ее, убрал руки. Она покачнулась, лишившись поддержки.

— Я оказался слишком самонадеян, — криво улыбнулся Джесси. — Как всегда. Но я подумал, что, если коснусь тебя, ты почувствуешь мою искренность. Поверь мне, Мэг. Поверь, прошу. Я ни за что больше не причиню тебе горя.

Рискну ли я поверить? Он стоял перед ней — большой, настоящий и такой притягательный! Она внимательно всматривалась в лицо Джесси, пытаясь найти какие-то признаки лукавства, и не находила.

— Видно, мне действительно надо поверить тебе, — медленно произнесла она. — Если мы хотим найти какой-то выход, другого пути нет.

Но я делаю это только ради Рэнди.

Мэг сидела на берегу Хэндбаскет-Крик, прислонившись спиной к узловатому стволу старого дерева и прислушиваясь к позвякиванию уздечек и поскрипыванию кожаных седел. Наверно, не стоило поддаваться искушению и соглашаться на прогулку верхом вместе с Джесси. Лучше было бы вежливо, но твердо отказаться.

Но она не отказалась.

— Спокойно, спокойно…

Голос Джесси успокаивал лошадей так же легко, как успокаивал и ее. Мэг закинула руки за голову и закрыла глаза. Она наслаждалась теплом, прислушиваясь к жужжанию пчел и пению птиц.

Очнувшись от приятной дремы, она вздохнула. Дни стали лучше, а ночи — еще тяжелее. Она думала, что привыкнет спать в этой комнате и на этой кровати. Но она ошибалась.

Вместо прежнего возникло новое напряжение, оно росло, и справляться с ним было еще труднее. Казалось, все вокруг сговорилось напоминать ей о потерянном счастье.

Это воспоминания, и не более того, убеждала она себя снова и снова. Действительно, Джесси был единственным мужчиной, которого она любила, но все давно кончилось. Они слишком долго жили врозь, и причины, разлучившие их, за это время не исчезли.

Она в который раз мысленно перечислила все его грехи: не умеет жить в семье; никогда ничего не объясняет; не считается с моими чувствами…

Хватит, прекрати! — одернула она себя. Ты никогда по-настоящему не была нужна Джесси, не нужна и сейчас. Вот в чем все дело.

А мне необходимо быть нужной. Вот поэтому-то я и упрекала его, поэтому сердила и мучила. Если бы он хоть раз сказал, что не может жить без меня…

— Тес!

Раздался тихий шорох, и чья-то рука закрыла ей рот. Мэг широко распахнула глаза, сердце испуганно застучало. Рядом на корточках сидел Джесси, его лицо придвинулось совсем близко. Увидев его серые глаза и темные брови, Мэг ощутила какую-то странную истому, удивленно и радостно улыбнулась.

— Тише! Осторожно посмотри на реку.

Джесси ласково повернул ее голову. Она не сопротивлялась, в этот момент она была неспособна ни думать, ни действовать.

Оттого что он дышал ей в ухо, по всему телу прошла дрожь. Она пыталась сосредоточиться, собраться с мыслями, но Джесси был слишком близко, и ей это никак не удавалось. Он наклонился и прижался грудью к ее спине, а рука скользнула вокруг ее талии.

— Ты видишь? — Он медленно поднял другую руку и показал.

Сначала она ничего не заметила. Она увидела лениво текущую речку и деревья, спускающиеся почти к самой кромке берега…

И оленя, склонившего голову к воде. Мэг затаила дыхание и осмелилась бросить взгляд через плечо.

— Бемби! — беззвучно произнесла она, и он кивнул в ответ.

Зрелище завораживало, и во всем было чтото сказочное: лес, изящно склонившийся олень и мужское обаяние, пленившее ее.

Тут олень резко вскинул голову, словно почувствовав напряженность их эмоций. Он стоял так близко, что Мэг рассмотрела падающие с морды капли воды, беспокойно раздувающиеся ноздри. Огромные темно-карие глаза встретились с ее глазами, и в них вспыхнуло беспокойство. Развернувшись, олень прыгнул в гущу деревьев и исчез.

Переведя дыхание, Мэг откинулась на грудь Джесси.

— Это был белохвостый олень, — прошептал Джесси, едва касаясь губами ее уха. — Их много в здешних горах. Дальше, к западу, водится еще чернохвостый олень.

Она уронила голову ему на плечо, потому что не было сил отстраниться. Так он держал ее несколько мгновений, потом осторожно прислонил к стволу дерева. Широко открыв глаза, Мэг ждала, что же будет дальше. Все вокруг казалось нереальным, и поэтому она могла позволить себе плыть на облаке своих фантазий.

— Один раз, — сказал он хрипло. — Только раз. Но я должен знать: я схожу с ума или твои губы действительно такие сладкие, как мне помнится.