Под прицелом ...

Это все – заслуга Бет, я попросила ее поспособствовать с этим делом. Она сказала, что теперь я ее «должница». Ну что ж, я совсем не против «расплатиться» с ней, когда прилечу в Нью-Йорк на слушание. Во всем этом есть только один плюс – каким бы ни был исход этого дела, присутствие Бет скрасит его.

И, кроме того, приятно будет повидаться с Мартой, при воспоминании о которой улыбка сама собой озаряет мое лицо. Мне бы очень хотелось общаться с ней почаще. Бывшая экономка была моим единственным настоящим другом в родительском доме. Надо будет послать ей цветы.

И прекратить, наконец, эту меланхолию.

Но мысли снова предательски возвращаются к Харпер.

Боже, ну и задала она жару в последние дни. Национальная стрелковая ассоциация (НСА) проводила в течение последних трех дней заседание в Лос-Анджелесе. Естественно это вызвало множество протестов до, в течение и после заседания. Мы освещали протесты, сами заседания, брали интервью у адвокатов НСА. Шумиха поднялась, когда через квартал от места заседания какой-то ребенок поднял стрельбу. В течение одного дня нам пришлось делать почти 100 нарезок репортажей для рассылки в филиалы по всей стране. Бешеный темп работы в течение последних двух недель нас всех очень вымотал. Но не могу сказать, что я была сильно против этого, поскольку мы с Харпер почти не разговаривали друг с другом.

При воспоминании об этом становится немного не по себе. Хотелось бы выпытать у нее, что же все-таки произошло тогда в Омахе. Я уверена, что она знает. Иначе, почему она посмеялась над моим вопросом? Я просила ее быть честной, и она обещала, а затем просто посмеялась надо мной. И это больше всего убивает. Она просто насмехается надо мной.

При входе в здание вижу впереди себя Харпер. Она ожидает лифт. Я делаю глубокий вдох и прохожу через стеклянную дверь. Подхожу и становлюсь рядом с ней. Она косится на меня.

– Доброе утро, – здоровается она, уставившись на двери кабины.

– Доброе утро. Что у нас сегодня по плану? – я горжусь тем, что и в такой ситуации не забываю о вежливости и веду себя цивилизованно.

– Ребята скоро закончат редактировать еще пару сюжетов. Затем нам надо будет сесть и обсудить концепцию передачи. Тебя устраивает?

– Угу.

– Хорошо.

Мы, не глядя, обмениваемся фразами. И я захожу за ней в лифт, вздыхая – ни словечка не сказано о той поездке. Когда мы выходим, меня ловит курьер.

– Это передали для Вас сегодня утром, мисс Стентон, – он вручает мне небольшого пухлого белого медвежонка и розу.

– Я собирался оставить это в Вашем кабинете, но он заперт.

– Заперт? – переспрашиваю его. Я никогда не закрываю свою дверь. С подозрением взираю на Харпер:

– Это ты ее заперла?

– Нет, – недоуменно звучит в ответ.

Мальчик-курьер снова подает голос в попытке снизить напряжение, возникшее между нами:

– Ночью здесь работает новый уборщик, возможно, это он запер дверь.

– Пожалуй, стоит написать ему записку с просьбой не делать этого. Обычно я оставляю ключи в ящике стола. Будет очень прискорбно, если он запрет дверь, – пытаюсь дать пояснения и чувствую себя виноватой перед Харпер. Что это со мной происходит?

– Вам что-нибудь нужно еще, мисс Стентон?

– Нет, спасибо.

Он застенчиво улыбается и уходит.

Заставляю себя взглянуть на Харпер – она раздражена моим подозрением.

– Извини.

– Не страшно, – отмахивается она, но я знаю, что это не так.

Я замечаю карточку, прикрепленную к розе, достаю ее и читаю – «От твоего тайного поклонника».

– О нет, только не это, – вырывается стон.

– Что случилось?

Я удивлена тому, что она спросила, поэтому решаюсь в ответ быть дружелюбной. Достаточно того, что мы обе чувствуем раздражение по отношению друг к другу.

– Помнишь те розы позавчера?

– Да.

– Вчера была шоколадка «Годива», а сегодня – вот, – показываю ей плюшевого мишку. – И все это от какого-то «тайного поклонника».

– Очень мило, – она тормозит у кофемашины, чтобы налить чашку кофе.

Я прислоняюсь у стены рядом.

– Неужели он действительно думает, что это заставит меня влюбиться в него?

Харпер фыркает.

– Почему ты считаешь, что это мужчина?

Она права. Я не могу знать этого наверняка.

– Просто интуиция подсказывает.

Харпер отпивает кофе.

– Ты уверена, что это не от Эрика или Бет?

– Да, я уже спрашивала у них. Поэтому и поинтересовалась у тебя насчет букета роз.

Она напрягается.

– Это звучало как обвинение.

– Да, знаешь, я ….