Под прицелом ...

Келси чувствует мое настроение и тоже улыбается, перед тем как включить на всю катушку обаяние и плавно двинуться к своему Фрэнки. Не успела я и глазом моргнуть, как она, обнимая его, уже что-то нашептывает на ухо.

Парень краснеет как помидор и, без сомнения, возбуждается, в то время как его руки шарят по ее худенькому телу. Во мне растет негодование, мне не нравится, как он ее лапает! Неожиданная вспышка ревности удивляет, но я стараюсь справиться с ней.

– Ну что, милый, принес? – проникновенно спрашивает она, поглаживая его вдоль мускулистой груди до ключицы.

– Да, детка, – улыбается он. – Я принес все, что ты просила. Только мне нужны деньги.

Келси смотрит на меня и кивает. Делаю шаг вперед, вытаскиваю конверт из кармана и помахиваю им. Пространство вокруг нас наэлектризовано, и я трепещу. Как только он возьмет деньги, О’Рейли произведет арест, и все будет заснято на видеокамеру, начиная с первой встречи Келси с футболистом до этой несчастливой сделки. Великий день для телевидения и еще более значимый для школы.

Ни о чем не догадываясь, Фрэнки берет конверт и кладет в карман. Затем достает маленький пакетик, обернутый в коричневую бумагу, и с победным видом передает Келси.

Делаю ей знак подойти ко мне, чтобы быть подальше от парня, и вижу полицейских, бегущих через парковку. Она кивает мне, понимая, что я беспокоюсь о ее безопасности. Но стоит ей сделать шаг, как Фрэнки пытается схватить ее.

Без раздумий отталкиваю Келс и сбиваю футболиста на асфальт. Несомненно, мне стоило бы в школе играть в американский футбол, если бы наш тренер допускал к игре девушек. Тогда команда побеждала бы намного чаще.

О’Рейли в одну секунду набрасывается на парня и защелкивает наручники. А я отряхиваюсь и проверяю оборудование. Кажется, оно в порядке.

Копы улыбаются, Келси тоже сияет, и я счастлива. Однако малыш Фрэнки Сондерс, кажется, не разделяет нашего оптимизма.

Он предлагает полиции сделку: имя поставщика за освобождение. Я усмехаюсь – маленький негодяй боится сесть за решетку. Ему уже восемнадцать, и по возрасту он не подходит для комфортной колонии для несовершеннолетних преступников. Нет, если О’Рейли не будет церемониться с ним, Фрэнки попадет прямиком в тюрьму, а мы не сможем забрать наши две штуки баксов.

К счастью для парня и зная О’Рейли, я предполагаю, что он решит поймать рыбу покрупнее, и договорится с прокуратурой о сделке с этим малышом. Один из полицейских забирает у Келс пакет, объясняя, что его необходимо приложить в качестве улики. Она без раздумий отдает его, поворачивается ко мне и только собирается что-то сказать, как другой полицейский просит ее подойти. Мне хочется вмешаться, но он говорит, что нужны ее показания.

Провожаю их взглядом, и в этот момент ко мне, широко улыбаясь, неторопливо подкатывает О’Рейли.

– Я … ммм … не должен бы этого делать и могу получить нагоняй, но, … ммм …. возможно, тебе захочется снять и это тоже. Хочешь поразвлечься, Харпер?

– Приятель, ты умеешь заинтриговать. Что там еще?

– Малыш Сондерс нам все выложил. Хочешь поприсутствовать при задержании поставщика?

– Ну, как же я могу упустить такое?

Я, О’Рейли и трое копов заходим в школу как к себе домой, что недалеко от истины, и направляемся прямиком в кабинет к замдиректора.

Мы с Келси наблюдаем за лицом Сондерса, отсматривающего кадры. Весь его эгоизм и предвзятость слетают в мгновение ока. Он что-то лепечет. Его толстое лицо дрожит, переливаясь всеми оттенками красного. Он знает, что этот эксклюзив просто обязан выйти в эфир.

Миг ликования. Я почти слышу пение ангелов, как если бы они говорили со мной, в чем сильно сомневаюсь.

Кровь отхлынула от лица Сондерса, я и надеюсь, что у него сейчас не случится сердечного приступа, – совсем не хочется делать искусственное дыхание этой расистской свинье. Келс улыбается мне и шепчет, что ей нужно позвонить Эрику. Она выходит, и я останавливаю просмотр.

– Успокойтесь, босс, – усмехаясь, беру другую кассету из стопки на столе, – вот этот сюжет вы можете прокрутить, не привлекая внимания к своему двуличному внуку, – я помахиваю кассетой перед его лицом, и он заворожено следит за ней, словно за маятником гипнотизера. – Но вот что я скажу – она вам дорого обойдется. Не знаю, насколько, но поверьте, еще придумаю. К счастью для вас, самое худшее, что сделал ваш внучок – пару раз затянулся травкой и попытался по-быстрому трахнуть вашу любимую дикторшу, – я решаю не упоминать про попытку продажи кокаина, потому что это было в первый раз, и парень просто ничего не соображал, когда согласился на это. Келс умеет провоцировать низменные инстинкты в людях.